Книга Роковая измена, страница 11 – Марина Безрукова

— Ладно, — с шумом вздохнула Светка. — Вечером заеду, — и, не дожидаясь возражений, отключилась.

И действительно, приехала. Ввалилась в дом большой и шумной массой, в квартире сразу стало тесно. Тася уже перестала злиться и с удовольствием наблюдала, как Светка по-хозяйски устраивается на диване. На кухню не пошла, там много соблазнов, а вот в комнате хорошо, можно и ноги вытянуть. Повертела гладко причесанной головой с черными блестящими волосами, задержала взгляд на семейных фотографиях и усмехнулась.

Тася терпеливо ждала. Обычно Светка была так занята, что увидеться им удавалось не часто. Наконец, подруга расправила многочисленные складки и оборки своего свободного ярко-красного с оранжевым одеяния, скрестила маленькие ступни и сложила пухлые ручки на животе.

— Тебе, Таська, надо уехать. На курорт, — вдруг выдала она и озабоченно нахмурила брови.

Тася не ответила, просто стояла и любовалась подругой. Кожа у Светки была замечательная, гладкая, белая, без единой морщинки, что твое румяное яблочко. Причем никаких усилий для этого Светка не предпринимала и списывала всё на свою комплекцию и гены. Ее мама и бабушка в старости выглядели лет на десять моложе своего возраста. Повезло. А может, подруга просто не привыкла переживать и лить слезы, в отличие от Таси.

Столкнувшись с проблемой, решала ее радикально и сразу обретала покой. Она, как разъяренный бык в гневе могла вытоптать всё вокруг себя, оставить выжженное поле, а после с той же энергией приняться за созидание нового. За словом в карман не лезла, никого не боялась и особо не рефлексировала, за что ее уважали и ценили.

Уже несколько лет она работала репетитором французского. Романтичное и нежное курлыканье языка аристократов совершенно не вязалось с темпераментной и грубоватой Светкой. Но она была профессионалом. А самое главное, ей удавалось моментально взять под контроль нагловатых недорослей, которые родились в обеспеченных семьях и с пеленок не знали отказа. От них, как правило, в слезах сбегали учителя и гувернантки, бонны и воспитатели, и только Светке всё было нипочем.

Состоятельные родители ее боготворили и оплачивали уроки так, что в принципе можно было бы особо и не утруждаться. Но Светка была требовательна не только к окружающим, но и к себе. А потому несколько дней в неделю благосклонно принимала дома (а точнее, в Германовой квартире) нескладных мальчиков и девочек, ненавидящих школу, французский, родителей, да и весь мир в придачу. Со Светкой, впрочем, они общий язык находили быстро, соглашались с ее правилами и допускали в свой круг. Как ей это удавалось? Тайна.

С методами, которые применяла Светка и ее условиями соглашались даже те родители, кто вообще не привык слышать возражения и пожирал в бизнесе всех неугодных. Единственный человек, с кем Светка оказалась бессильна была ее подруга Таська. Тут ее энергия разбивалась, как волна о неприступный утес. Тема Вадика была табу. И убедить Тасю перестать поклоняться божеству по имени Вадим, не представлялось возможным. Но Светка надежды не теряла.

— Слышишь? — повторила она, глядя на отрешенную и задумчивую Тасю. — Бери отпуск и уезжай.

— Куда? — наконец, отозвалась Тася. — И зачем?

— Затем, — отрезала Светка. — Вадичку не изменить. А ты тут с ума сойдешь. Оно тебе надо?