Книга Развод. Спасибо, что ушел, страница 85 – Марина Безрукова

Я подписала. В конце концов, раз он так решил, нам с Аней и лучше. Больше мне от него, по сути, ничего не надо. Квартиру продам, куплю поменьше, остальное положу на счет для Ани. Тогда и денег просить не придется. Шевельнулась в груди благодарность – всё-таки, Костя подумал о дочери. Это ведь, прежде всего, всё для нее.

Почему так вышло, и кто повлиял на его решение, я анализировать себе запретила.

— Спасибо, - растерянно поблагодарила, когда мы вышли на улицу.

Костя ничего не ответил. Я всё так же сжимала в руке договор дарения в прозрачной папке. В сумку он не влезет, а ничего другого у меня с собой нет.

— Счет на Аню я открою чуть позже. Сейчас… - Костя сжал кулак одной руки ладонью другой и тихо щелкнул суставами, - сейчас сразу не смогу. Ты назови сумму, я подумаю, что можно сделать. Я не отказываюсь… просто сейчас сложности всякие.

Он прищурился и посмотрел куда-то вдаль.

— Подожди, какой счет? – не поняла я.

По-прежнему не глядя на меня, Костя зло ухмыльнулся.

— Вы что, с Петром Андреевичем не обговорили сумму? В общем, - он заторопился, поглядывая на часы, - квартира твоя, деньги позже, так что я надеюсь, хода делу не дашь?

Я никак не могла понять, о чем он? Почему так нервничает? И самое главное: почему он всё время смотрит в сторону, как будто боится посмотреть мне в глаза? Прежде чем я открыла рот, чтобы расспросить его, что вообще происходит и при чем тут какой-то Петр Андреевич, Костя махнул рукой и пошел к стоянке. Ничего не понимая, я смотрела ему вслед. Неожиданно он остановился, будто что-то вспомнил. Обернулся и крикнул:

— Прости, Маш… Я думал, так будет лучше. Для всех.

И, ссутулясь, зашагал прямо по сугробам к машине.

* * *

— Что ты сделал?!

У меня заполыхало от возмущения лицо. Только когда Костя уехал, до меня дошло, что Петр Андреевич – это Петя, и без него дело не обошлось. Мы договорились встретиться в небольшой кофейне, которую он сам выбрал: «там тихо, вкусный кофе и никто не подслушивает». Однако мне здесь было неуютно.

Выкрашенные в терракотовый цвет стены, давили, щебетавшая друг с другом парочка за дальним столиком, раздражала. Он пытался заставить ее попробовать свой десерт. Мило, по-мещански, совсем не то, что у нас тут с Петей, где мы режем по живому.

Петя сидел напротив. Не суетился и вел себя так, будто мы оказались в суде. Только в морщинках в уголках глаз затаилось напряжение.

— Я принес ему его поддельную экспертизу и выдвинул требование насчет квартиры и счета для Ани, - спокойно повторил он.

В его голосе не было ни капли сожаления. Он даже не пытался оправдываться, настолько был уверен, что поступил правильно. Проделал всё на свое усмотрение, даже не поинтересовавшись, что думаю я на этот счет.

— Я действовал в твоих интересах.

Он отодвинул пустую чашку и посмотрел мне в глаза. От его взгляда мне стало не по себе. Балагур и весельчак Петя исчез, вместо него передо мной оказался убежденный в своей правоте адвокат. Причем убежденный абсолютно.

— Но я не просила… Почему ты не посоветовался со мной? Ты же обещал позвонить и рассказать, что узнал по экспертизе!

— Я не посчитал это целесообразным, Маша. Потому что знаю тебя! Ты бы не дала ход делу. А я предоставил Косте выбор: сесть или компенсировать тебе и Ане ущерб. Он всё сделал. Что не так? – Петя пожал плечами.