Книга Развод. Спасибо, что ушел, страница 56 – Марина Безрукова

Звонок в дверь раздался, когда я включила воду, чтобы сполоснуть чашку. Неужели опять Костя? Но у него есть ключи. Да и зачем ему тут быть в такую рань?

В дверь снова требовательно позвонили. Я оторвала бумажное полотенце и, наскоро вытерев руки, направилась в прихожую. Глянула на всякий случай в глазок. Передо мной стояли две женщины. Одна из них в меховой шапке, другая простоволосая.

— Кто?

— Отдел опеки и попечительства… Откройте, пожалуйста.

Я нахмурилась: слышала, конечно, что при несчастном случае могут из опеки явиться, но к нам никто так и не пришел и не позвонил. Я и забыла о них. Других проблем хватало.

Открыла дверь, впуская посетительниц. На их черных, почти одинаковых куртках расползлись темные пятна влаги. С меха той, что повыше, закапал, оттаивая, снег. У ног немедленно поползли черные лужицы.

— Здравствуйте. Воронова Мария Юрьевна?

Дама полезла в сумочку и, вынув удостоверение, махнула перед моим лицом.

— Специалисты Степанова Елена Игоревна и Туманян Диана Георгиевна. К нам поступил сигнал насчет несовершеннолетней Вороновой Анны.

— Сигнал… Но уже почти два месяца прошло, - развела я руками. – Дело закрыто. Это был несчастный случай. Ребенок поправляется. У нас всё в порядке. Я не понимаю, с чем связан ваш визит…

Елена Игоревна приподняла широкие нарисованные брови и оглядела прихожую цепким взглядом. Задержала глаза на Аниных ботинках, потом уставилась на меня.

— Разрешите пройти?

Тон не подразумевал отказа.

— Да, пожалуйста, - я махнула в сторону кухни.

Не разуваясь, дамы дружно затопали по ламинату. Синхронно отодвинув стулья, сели и водрузили сумки себе на колени. Я отошла к мойке и принялась ждать, что они скажут. Чая, естественно, не предлагала.

— А где ребенок? – наконец нарушила Диана Георгиевна молчание.

— Аня занимается у себя в комнате. У нее дистанционный урок.

— Почему она не в школе? Вы на домашнем обучении?

Дама в шапке вынула из сумки блокнот и ручку.

— Нет, это временно. После травмы у дочери снижен иммунитет. Скоро она пройдет очередное обследование и скорее всего ей разрешат вернуться в школу. Послушайте, я не понимаю, почему именно сейчас это всё так вас заинтересовало?

В затылке настойчиво заскреблась мысль, что вообще-то эти женщины не имеют права вот так, без предупреждения, врываться в дом и устраивать мне допрос. Но залезть при них в интернет мне показалось неудобным.

— Где ваш супруг?

Дама с бровями оставила мой вопрос без ответа и продолжила нападение.

— На работе. Какое это имеет значение?

— А вы как себя чувствуете? Может быть, вам необходима психологическая помощь?

— Я нормально себя чувствую, - уже резче ответила я. - Я не пьяна. Дома есть еда. Ребенок под присмотром. И если у вас есть вопросы к моей семье, то, пожалуйста, обоснуйте это письменно, предупредите о своем визите и только потом приходите. А сейчас, прошу… - я показала на выход.

Дамы переглянулись и одна за другой поднялись на ноги. Я недовольно глянула на пол, намекая на грязь, которую они тут развели. Пришли ребенка проверять, а сами топчутся в сапогах. Сегодня же позвоню их начальству, пусть объяснят, что вообще происходит?

— Вообще, в ваших интересах с нами сотрудничать, - обиженно заявила Елена Игоревна, поправляя несчастную убитую лису на голове.