Книга Репликация, страница 187 – Наташа Эвс

Я склонился к груди Влада и прижался ухом.

— Он жив, любимая. Он жив.

В этот момент Владислав медленно открыл глаза.

— Мама… — тихо сказал он. — Я никогда тебя не оставлю. Никогда.

Склонившись над сыном, Мия обняла его, а я ощутил странную тишину и обернулся, увидев испуганные лица друзей и лицо Эвелин. Ее глаза были широко раскрыты, но Эва смотрела не на нас. Она прикрыла рот ладонью и вдруг направилась к кровати Серафима. Я тут же поднялся и увидел, что Серафим смотрит на меня, затем он перевел взгляд на свою Эвелин и облегченно вздохнул:

— Привет, любимая.

Я растерянно огляделся и снова посмотрел на Серафима. Что происходит… Боже мой!

— Брат! Ты вернулся! — радостно произнес Януш, направляясь к Серафиму. — Вот это тема!

Еще некоторое время все стояли молча, а после радостно загудели как улей. К тому времени Владислав пришел в себя и скромно стоял в стороне с Мией, глядя, как толпа приветствует очнувшегося Серафима. Я не совсем понял, что произошло, но был несказанно рад, что мой сын остался невредимым после такой мясорубки. Он однозначно причастен к возвращению Серафима, и, наверное, мы все узнаем позже.

Когда все пришли в себя от потрясения, собрались в общем помещении с длинным столом. Владислав чувствовал себя ослабленным, но он тоже сел с нами и стал отвечать на многочисленные вопросы о происшедшем.

Наш сын объяснил, что в случае с Серафимом сработало бы только два варианта силы. Сила самого Валентина или сила, превосходящая его. Никто не был готов к такому, потому что любой сильный человек с превосходящим древним внутри просто примет проклятие оков на себя. Справиться может только обратник. То есть обратник с силой древнего, превосходящей автора проклятия. Потому что этот человек должен не только снять печать, а еще впоследствии избавиться от нее. Владислав принял решение помочь нам объединить союз для исполнения плана. Он вызвал пленника, дав ему овладеть собой, и сломал печать на Серафиме, вытянув проклятие, которое тут же легло на самого Влада. Используя свои силы обратника, через болевые помехи Абаддона, Влад смог содрать с себя печать и увести ее из нашего мира.

— Ты закинул ее в портал? Как и ружье охранника общины? — спросила Мия.

— Это не портал, — ответил Влад. — Я использую карманы пространственной пустоты. Это полное исчезновение. Я не смогу вернуть то, что туда забросил.

— Какой сильный у вас сын, Марк Константинович, — покачал головой Федор. — Невероятная храбрость.

— Ты рисковал жизнью ради нашего будущего, — сказала Зита, поднимая руку с сжатым кулаком. — Наше уважение тебе, смелый парень.

За Зитой знак свободы подняли все присутствующие.

— Это единственное, что я мог сделать, используя свое положение, — скромно ответил Влад. — Я давно хочу того же, что и вы. Теперь мы сделаем это.

— Какой крутой перец у тебя, братан, — гордо произнес Ян, повернувшись ко мне. — Фортуна нам улыбается во весь рот. Пора делать историю. Гоу!

Мы решили передохнуть, пока я открою вторую часть книги Исправлений и узнаю наши дальнейшие шаги. В то время как мы поднялись, к нам подошла Эвелин, она улыбнулась через слезы и обняла Владислава.

— Спасибо тебе. Ты вернул моим детям отца, а мне вернул жизнь. Я буду благодарить тебя до конца своей жизни.