Книга Репликация, страница 155 – Наташа Эвс

— Марк! Что ты говоришь? Послушай себя! Как только мы откажемся от сына, Штефан повесит на него договор собственности. Это пожизненное рабство. И независимо где будет Валентин, он свяжет себя с нашим сыном духовным клеймом. Влад сможет сам вытащить это чудовище обратно. Неужели ты не понимаешь? Это погубит нашего ребенка.

Я не поддержал Мию. Мне до удушья хотелось избавиться от моего брата и его своры. Любым способом. Мне надоела такая жизнь, надоели рабские условия и полуголодное существование людей, надоело издевательское отношение в виде игр и вообще надоело присутствие древних чудовищ на нашей стороне. Я хочу жить как прежде, возвращаться вечерами домой и вдыхать теплый аромат ягодного пирога, хочу смотреть как растут мои дети, хочу беспрепятственно передвигаться и не отчитываться за каждый шаг. Просто хочу обычную жизнь. Но это невозможно, пока жив мой брат. И пока его империя развивается, мы остаемся его рабами.

Я стал думать, как убить Валентина. Мне нужна ситуация, в которой совершить это будет проще всего. Я терпеливый рыбак, но все же крючок с наживкой в моих руках.

Мне не хотелось никому говорить про свой план. И я скрыл его от всех. Мой выбор пал на огнестрельное оружие, застрелить Валентина это самое оптимальное действие. Пистолет можно взять в оружейном отсеке нашей локации, но сделать это нужно незаметно. Я боялся, что, узнав о моем плане, меня начнут отговаривать. А отступать на этот раз я не собирался. Наверное, кто-то из нашей охраны заметил мое странное поведение, когда я пытался проникнуть в оружейную, крутился рядом, заходил, выходил. Но мне было все равно. Я хотел привести свой план в действие.

Как-то, собрав продуктовые наборы, которые положены мне по статусу, я как обычно повез их в локацию, отложив часть для своей семьи.

Упыри раскошелились? — усмехнулась Зита, принимая пакеты с провизией на склад.

— Что? — не понял я, потому что периодически привозил свою долю в локацию.

— Да забей, — махнула рукой Зита, укладывая запасы. — Нам же лучше.

Я все же не понял, но кивнул и добавил:

— Раскидайте по нуждающимся, мне пора.

— Опять дары? Удачно. На днях же привозил… — услышал я голос дежурного на складе, когда выходил из помещения, но тогда не придал этому значения.

Однажды по пути на точку мы мимоходом встретились с Питером.

— Как Серафим? — спросил он.

Я пожал плечами.

— Пока не знаю.

— Ты же позавчера заезжал, — напомнил Питер, — спрашивал про лекарства для него.

— Ты что-то путаешь, друг, — покачал я головой, спускаясь по ступеням к своему автомобилю. — Я был у наших неделю назад.

Мне показалось странным поведение уже не первого человека из нашего движения. Что-то происходило. И я не мог понять что, пока у меня не закралась мысль: дело во мне. Я не помню, как разговаривал, как приезжал, привозил… Это провалы в памяти. У меня что-то с головой, это очень плохо. Но я приведу в исполнение свой план, а потом будь что будет.

В один из дней я приехал по работе к главному корпусу и поднимался по ступеням, в этот момент по обе стороны от главного входа выстрелили зеленые полосы — это означало, что по выделенному пространству будет проходить элита, и все должны остановиться. Я замер на верхней ступени и увидел, как к крыльцу подъехал черный кортеж, из которого вышел Валентин с моим сыном, а за ними вся чертова дюжина. Тринадцать помощников встали в шеренгу, пропуская своего босса, который неторопливо поднялся, придерживая рукой спину идущего рядом Владислава, и они оба ушли в распахнутые двери здания.