Книга Две стороны Александрины, страница 179 – Наташа Эвс

— Моя власть имеет другие возможности, нежели ты представляешь, ничтожный человек, — презрительно ответила королева и со злорадной улыбкой добавила: — Смотри же!

После этих слов она вернулась за черту границы, где ее ожидали бесчисленные серые тени, и, раскинув руки в стороны, запрокинула голову и широко раскрыла рот, в который стали затягиваться темные фигуры. Будто в гигантскую воронку, одна за другой, тени уходили в распахнутую утробу, и когда кроме тринадцати и тройки никого не осталось, королева закрыла рот и шагнула обратно в комнату, к ужасу присутствующих.

— Как тебе такой вариант? — довольно спросила она растерянного мужчину. — Пока вы выходите из ступора, напомню, что у каждого из вас еще есть возможность присоединиться к великому будущему.

— Это немыслимо… — потрясенно прошептал Тоши Кимура.

— Действуйте, — раздался голос отца Адриана, который все это время, не обращая внимания ни на что, проговаривал молитвенные тексты, и от этого метки на стенах снова засветились.

— Откуда ты взялся, проклятый схимник, — зло процедила королева. — Ты как кость в горле. Готовься умереть.

После этого из королевской утробы закричали тысячи голосов, призывающих выпустить их. Вокруг потемнело и стало очень жарко, настолько, что покрытые инеем волосы и одежда тут же высохли и задымились.

— Великий царь! Мы открываем тебе путь!

— Блок! — крикнул Костя. — Отворяйте его!

Тоши Кимура, словно очнулся, и, развернув раскрытые ладони на невидимую стену, напряженно сжался. Седой клирик стал в голос выкрикивать слова на арамейском, чем привел в некое мучение потусторонние силы. Константин же прошептал обращение к Богу и исподлобья посмотрел на королеву, которая стала подниматься над полом.

— Морок, ты слабеешь! — крикнул Саймон, продолжая вопреки противоборствующей стороне закрывать защитный блок. — Соберись!

— Не могу… — с трудом прохрипел Морок, удерживая трясущиеся руки перед собой. — Этот воин перекрыл меня.

— Боже наш Всевышний! Приди и вселися в нее, и очисти ее от всякия скверны! — воззвал отец Адриан.

— А-а-а! — зарычала королева, извиваясь над полом. — Братья! Защиту!

— Укрепи нас, Милосердный! Во имя Твое собрались трое! Очисти сей сосуд от бесовския силы!

По комнате начал распространяться едкий запах дыма и зловонного разложения. Женский образ стал покрываться сажей, вздувая кожу пузырями, будто от ожогов.

— Саша! — воскликнул Костя. — Что это⁈

— Выход древнего, — торопливо объяснил старец. — Соберись!

Из тела королевы начал исходить дым, она зависла над полом в скованном положении, хрипя какие-то угрозы. Вдруг из стены вышла волна, которая проникла в королевскую утробу, наполнила ее и, с силой вырвавшись наружу, врезалась в противоборствующую тройку. Тоши Кимура и Константин кубарем отлетели назад, и только отец Адриан, потеряв равновесие и припав на одно колено, тут же поднялся, продолжая свои заклинания на арамейском. Учитель сморщился от боли, схватившись за грудную клетку, но тоже быстро вернулся с учеником на свою позицию.

— Войди же и стань нашим царем! — торжественно произнесла королева, поднявшись под самый потолок. — Мы готовы!

— Нет!! — закричал Костя, взглянув наверх. — Где ты? Помоги же нам! Освободи ее!

— Наивный, — усмехнулся женский голос, — ты не сможешь сотрудничать с тем, кого отвергал всю жизнь. Для этого работают годами. Нет в тебе веры, и ничего больше нет, что помогло бы.