Книга Обратники, страница 253 – Наташа Эвс

Боже… Мои догадки подкрались так близко. За что? Почему все так? Я ведь только нашел ее, стал счастлив, поверил в это… Как жить дальше? Кажется, сейчас чья-то когтистая лапа больно вошла в мою грудь и вцепилась в сердце. В самую горячую мякоть. А потом рванула и оторвала от него большой кусок. И теперь у меня нет части сердца. На том месте пустота и струйки крови. И еще боль. Очень сильная боль.

Разжав стиснутые челюсти, я оглядел светлый образ любимой и спросил:

— Что же мне делать? Я не смогу без тебя жить.

Мия почему-то покачала головой и промолчала, наблюдая, как переворачивается кролик в ее пальцах. И эта пауза была невыносима.

— Оставь все по-прежнему, — вдруг отозвалась она. — Не проявляй себя рядом со мной. Не забывай для чего мы собраны в союз. Не забывай, что ты лидер. На тебе важная миссия, давай доведем ее до конца.

— Мне очень больно это слышать, но я тебя понял. Прошу, разреши мои душевные муки и ответь на один вопрос. Только один ответ. Это важно для меня. Если сможешь.

Почему-то на этих словах Мия сжалась, будто знала, о чем я спрошу, но боялась услышать. Лишь закивала, не поднимая головы и соглашаясь ответить.

И я спросил:

— Твои слова не имели бы смысла, и все это не имело бы силы, если бы ты ничего ко мне не испытывала. Действия твоего пленника тому доказательство. И когда ты прошла сквозь воронку и открыла мне всю себя, он мог не вынести твоей правды. Из этого следует, что ты чувствуешь ко мне то же, что и я к тебе. Скажи, это правда? У тебя есть ко мне чувства?

Мне показалось, что в этот момент Мия перестала даже дышать. Сжавшись еще сильнее, она приложила руки к груди, словно ответ причинял ей особую боль, и еле слышно произнесла:

— Да.

Волна удушья резко сдавила мое горло, но тут же отпустила, потому что в груди разлилось что-то теплое и светлое. Я был готов схватить любимую и сжать в объятиях, но в то же время смысл ситуации разрушил все мое существо, разрастаясь, словно трещина на разбитом стекле.

Она меня любит… Мия любит меня. Моя хрупкая, сильная, нежная девочка. Любимая. Но добровольно лишает себя счастья. Чтобы удержать зло в своей темнице и не дать ему поражать других.

Это чудовищно. И очень больно. Разве может быть что-то подобное? Два человека, пораженные древней тьмой и от этого не способные на сильные чувства, неожиданно обретают эти чувства друг к другу. Но теперь вынуждены их прятать. Это слишком больно. И для меня непосильная ноша. Совершенно невыносимая.

— Самая жестокая смерть в Главных Вратах не принесет мне столько боли, сколько причиняет эта ситуация, — подавленно произнес я. — Зачем только мне было подарено это счастье? Зачем мне дали коснуться его? Все это почувствовать…

Мия продолжала сидеть, опустив глаза. Она даже не шевелилась, а я боролся с желанием броситься к ней и крепко обнять. Обнять и не отпускать, чтобы адский пленник покинул ее, и она стала моей. Боже, как я этого хотел…

— Он здесь, — вдруг прошептала Мия.

Я вздрогнул и непонимающе переспросил:

— Кто?

— Штефан на острове. И он идет сюда.

В этот момент за распахнувшейся дверью показался Ян. Он сразу же зашептал:

— Остин! Братан, ты здесь?

Я растерянно поднялся и едва успел выйти за границу купола, как в проеме двери появилась высокая фигура. Валентин шагнул в комнату и остановился, оглядывая пустое помещение.