Книга Обратники, страница 157 – Наташа Эвс

Всего несколько секунд я давил взглядом несчастное существо, проникая в его светящийся синий поток, но вдруг резко прекратил натиск, осознав, что делаю.

Бросившись к мужчине, который от слабости упал на землю и закашлялся, я стал извиняться:

— Простите… Простите меня. Как вы? Можете подняться?

Незнакомец закивал головой, поглядывая с опасением и отползая в сторону.

— Не бойтесь меня, прошу вас… Это случайно, я не хотел… — Пришлось остаться на месте и не трогать несчастного, чтобы убедить его в намерениях.

Через пару минут мужчина успокоился и, потирая рукой шею, сел напротив. Его светящиеся синие глаза указывали на происхождение, но он отличался от всех остальных.

Я постарался принять дружелюбный вид и спросил:

— Вы меня понимаете?

— Да, — вдруг произнес незнакомец, пытаясь пригладить копну своих растрепанных волос. — Понимаю.

Я удивленно отпрянул, не ожидая такого от изгоя.

— Почему вы здесь? Как оказались на острове? Кто вы?

— Уже никто, — тихо ответил он. — А в прошлой жизни был человеком.

Растерянно оглядев странного мужчину, я подсел поближе.

— Мне приходилось видеть похожих на вас, но ни один не был таким же. Что с вами произошло?

— Неповиновение. Я Френк, медик, работал в главной лаборатории института господина Штефана. И однажды не смог переступить через свою совесть. После этого попал на принудительную операцию, где модифицируют мозговую деятельность. Нас таких много. За оградой одичавшие формы, нами никто не занимается, только ведут наблюдение. Иногда изымают единицу для исследования. Некоторое время я находился в клетке пятого отсека, но потом узнал, что моя дорога — на маяк и сбежал. Сам не знаю, как смог, но до сих пор прячусь по периметру острова. Они сначала искали, а потом бросили, решили, что загнусь естественным образом.

Совершенно шокированный я снова спросил:

— Как долго вы здесь?

— Почти пять лет. Как снег ляжет, будет пять.

— Пять лет? Как вы выжили?

Френк пожал плечами:

— У меня все не так. Модификация не сделала из меня марионетку, и безвольного не сделала. Только с глазами вот получилось…

— Скажите, а остальные люди, такие как вы, они откуда вообще? Их всех так наказывали? Модифицировали?

— Опыты, разные методы, медицинские разработки… Кто-то доброволец, кто-то в наказании. Господин Штефан работает с сознанием и подчинением. Для него это главные пункты деятельности. Остальное идет параллельно, как бы прикрытием. Донорство и разработка препаратов.

Чудовищные новости осели во мне тяжелой болью. Человек напротив стал даже близок.

— Прости меня, Френк. Мне очень стыдно за свой поступок, я искуплю свою вину и помогу тебе.

— Ничего страшного, — мужчина махнул слабой костлявой ладонью. — Мне известно, как действует атмосфера в обществе главного человека на острове. И я знаю, кто вы.

— Откуда?

— Пока работал внутри, слышал разговоры о вашем приезде. Господин Штефан делал на вас большую ставку, он ждал вас, и был озабочен этим больше всех событий. А когда моим домом стал островной периметр, я наблюдал за жизнью внутри. У нас обостряются слух и чувства, и так я узнал о вашем приезде, о том, как вас готовят, и что вы сами испытываете. Мне пришлось научиться быть невидимым, и часто я находился рядом, когда вы выходили за разрешенную зону.