Онлайн книга «Обратники»
|
— Заражение? Ведь не по своей воле мы здесь оказались. Нас принуждают. — С ним нельзя иметь соглашений. Это пропасть. Но нельзя ему перечить. Это смерть. — Так что же делать? — Я оглядел свою напарницу, она была уверенной и, вероятно, знала, о чем говорит. — Открытое противостояние — заведомый проигрыш. Валентин Штефан при желании не оставит от нас пепла, у нас неравные силы, это нужно понимать. С ним сработает подпольная борьба, только продуманная. Состояние аффекта не сработает. — Мне ему улыбаться, а за спиной подпиливать ножку у его стула? Так? — Нет, не так. Твой брат не дурак. Он сразу увидит театр. Нужно играть по его правилам против него. И если ты будешь убедительным, это сработает. — Честно сказать, я теряю голову рядом с ним. Стоит ему оказаться поблизости, это влияет на мой разум. — Понимаю, — Мия вздохнула и посмотрела на кролика в раскрытой ладони. — Старайся преодолевать этот барьер. Учись. Штефан возлагает на тебя надежду большого масштаба. Глядя на кролика в бледной ладошке, я решился на вопросы. — Скажи, что тебя связывает с этой вещью? И почему ты все время совершаешь одни и те же движения? Ведь это не похоже на привычку. Ты делаешь это намеренно. Мия долго молчала, переворачивая бронзовую фигурку в пальцах, так долго, что, казалось, она не хочет отвечать. И я начал жалеть о своих вопросах. — Это вещь моей мамы, — вдруг последовал печальный ответ. — За необыкновенный цвет глаз друзья звали ее Скай. — Мия снова замолчала, а мне стало понятно, почему она согласилась на предложенное Янушем прозвище. Так звали ее маму, у которой такие же потрясающие глаза. Выдержав паузу, Мия продолжила: — Во времена ее молодости многие увлекались спиритизмом и всякого рода оккультными науками. Мама попала в духовную западню, где связалась с духами злобы. От этой связи, по договору, в нее вошел представитель Изнанки, древний и очень сильный, а чуть позже, после знакомства с отцом, в ее чреве зародилась я. Древний обитал в маме, но после моего зарождения пожелал сделать меня своим сосудом, то есть родиться со мной в этот мир, и тогда бы он имел меня в полном подчинении. В то время мама подверглась еще одному подселению другого темного представителя, который так же выбрал меня своим сосудом и вошел в меня внутриутробно. И когда в момент просветления разума мама поняла, в какое страшное состояние попала, пошла на сговор с первым, чтобы он остался, изгнав из меня второго. Так и произошло, первый вытеснил соперника, оставшись обладать мамой. Но ему нужна была я, потому что только родившись в человеке, древний может иметь идеальную телесную оболочку для жизни в нашем мире. Но мама не смогла отдать меня и совершила с темным сделку, продав ему свою душу взамен на мою свободу, на что темный согласился. Владение душой делает древнего сильнее, это их высшая степень цели. Через годы, когда я выросла, мама сдалась, не в силах больше выдержать одержимость. Она привезла меня в скалистые горы и рассказала все. После признания шагнула со скалы. Я была рядом и успела схватить ее за капюшон куртки, куда впуталась цепочка с ее шеи, но под тяжестью тела, которую устроил темный, мама ускользала из моих пальцев. И тогда я закричала древнему, что впускаю его в себя, чтобы он освободил маму и перестал тянуть на дно. Древний вышел в тот момент, когда капюшон куртки выскользнул из моей руки, оставив в сжатых пальцах лишь этот брелок — фигурку бронзового кролика. До сих пор передо мной стоит мамино лицо, удаляющееся в пропасть. И ее испуганные глаза… |