Книга После развода. Люблю тебя, жена, страница 42 – Елена Безрукова

— Что — “но”? — спросила я, глядя ему в глаза.

Какой такой интерес может быть к моей личной жизни у капитана полиции, случайно оказавшегося замешанным в наши семейные передряги?

— Просто искренне хочу вам помочь, — ответил он.

Теперь уже мне стало казаться, что где-то тут между слов скрывается неискренность.

Не одной мне сегодня в этом кафе тяжело сказать с ходу правду-матку.

— Почему вы решили, что мне нужна ваша помощь? — вскинулась я.

И это тоже было что-то вроде защитной реакции.

— Честно? — спросил капитан, не сводя с меня глаз и явно наблюдая за моей реакцией.

— Конечно, — кивнула я.

— И вы не обидитесь на меня?

— Ну, смотря, что вы скажете, Виктор, — улыбнулась я.

Спустя столько лет с моим мужем меня сложно просто так обидеть. Тем более, чужому человеку, коим и был для меня сейчас Виктор. Хотя меня, несмотря на всю мою жизненную ситуацию, к нему тянуло. Неожиданно для самой себя… И мне не очень хотелось, чтобы он видел меня такой слабой, разбитой. Он и без того достаточно моего унижения от Егора увидел. Хотелось бы сильно меньше того, что он уже узнал обо мне.

— Вы мне кажется такой одинокой, — сказал он после некоторых раздумий. — И такой…беззащитной, Нина.

Мне стало неловко. Значит, у меня всё же на лбу вся моя подноготная бегущей строкой написана.

Понимала это, догадывалась, и всё равно неприятно было в этом убедиться: какая же я жалкая в глазах Виктора!

— Знаете, когда мужчина видит женщину, — продолжил он, глядя на меня безотрывно. — Нежную, красивую. Умную. Не пустую. И…которой, как ему кажется, нужна защита от подонка, то он не может молчать.

— Наверное… — ответила я тихо, чувствуя, как пересохло горло.

Он что — обо мне это всё?

— И мне кажется, что вам требуется помощь, — договорил он. — Скажите только, Нина, чем я могу вам помочь?

— А вы спрашиваете как мужчина или как полицейский? — вдруг задала я неожиданный для нас обоих вопрос.

— И так, и так, — ответил Виктор.

Я шумно выдохнула и отпила ещё кофе.

— Я думаю, что счастливые жёны не убегают из дома под наступление ночи, — снова заговорил Виктор, будто вбивая ржавые гвозди мне в сердце. — Ну, и вообще, я себе сложно представляю счастливых жён, чьи мужья которых имеют беременных любовниц.

Я посмотрела на него с укором. Мол, ну зачем вы так?

А он пожал плечами в ответ. Мол, а как? Ты же врёшь мне. А я хочу знать правду.

И словно какую-то плотину во мне прорвало.

Я не плакала, нет. Наверное, своё я уже отплакала.

Я просто говорила, говорила, говорила…

Рассказала нашу историю, как она есть, без прикрас.

Мне не было стыдно за то, что я, что называется, выносила сор из избы. Мне просто было плохо, я хотела поделиться этим грузом уже хоть с кем-нибудь.

Как я уже говорила ранее подруг у меня никаких не осталось за годы брака с Егором, он меня буквально изолировал от общества, не давал завести дружбу с кем бы то ни было, всё моё свободное время и внимание он хотел получать только для себя.

В итоге, я выливала все свои горести на капитана полиции, который по чистой случайности оказался свидетелем нашей некрасивой истории с Егором и его беременной любовницей-воровкой. Просто потому что мне больше некому было пожаловаться на свою жизнь. Пожаловаться на свою тёмную ночь…

И я не утаила ничего от Виктора. Рассказала в том числе и про мерзкий шантаж Егора.