Книга Порочный ангел, страница 77 – Л. Дж. Шэн

— Столько, что можно было бы утопить «Титаник».

— Эта подруга – Бейли Фоллоуил, да?

Я киваю. Сомневаюсь, что на свете есть хоть один человек, который не знает, как сильно я ее люблю.

— Все говорят, что я ее копия, – замечает Талия.

— Не вижу сходства.

— Может, тебе стоит присмотреться получше. – Она подмигивает.

— Я все прекрасно вижу. – Черт, я такой подонок. Обычно я тактичен, но не сейчас. Не после того, как Бейли призналась, что видится с другими. В разговоре наступает пауза, пока Талия его не возобновляет.

— Слушай! – Она вся расцветает. – Я слышала, у родителей Остина есть джакузи с водопадом.

Утонченность ей явно чужда. По сути, ее слова – синоним для «Хочешь кончить мне на лицо или в рот, когда я тебе отсосу?».

Впервые в жизни я подумываю о том, чтобы подурачиться с кем-то, кроме Бейли. Что я доказываю своим ожиданием? Бейли меня не хочет. А я что, хочу умереть девственником?

— Да? – Я медленно отпиваю пива. – Готов поспорить, там сейчас кто-нибудь трахается.

Талия мотает головой, улыбаясь от уха до уха. Затем достает небольшой ключ из верха бикини.

— Остин дал его мне.

Я хмурю брови.

— Зачем?

— Я с ним поспорила.

— Что сможешь обеспечить ему домашний арест лет до тридцати?

Талия смеется, но мне не по себе от ее смеха.

— Что смогу с тобой переспать.

А это откровенно отталкивает.

— Я пас. Уже немного пьян.

— А я совершенно трезвая, – говорит она. – Так что приму решение за нас обоих. Нам непременно нужно заглянуть в джакузи.

Я неуверенно смотрю на нее. Она надувает губы и трясет плечами.

— У меня новое колечко в соске, и хочу, чтобы ты сказал, идет оно мне или нет. Ты увидишь его первым.

Господи. У любого парня есть предел. И почему-то от того, что это так непохоже на Бейли – ну ладно, внешне Талия очень похожа на Бейли, – она внезапно становится более привлекательной.

Мы встаем и поднимаемся в спальню родителей Остина. При том, что они обременили мир человеческой версией питомца чиа, меня не слишком беспокоит, что моя сперма будет плавать в их джакузи за две тысячи долларов.

Талия отпирает стеклянную дверь, за которой оказывается джакузи с водопадом. Огромная белая штуковина, облицованная бежевой плиткой, с голубой подсветкой каскадом, от которой помещение становится похоже на громадный туалет. Талия запрыгивает в джакузи. Я залезаю следом. Подплыв ко мне, начинает целовать, и я ей позволяю. Ее волосы обрамляют наши лица, и, закрыв глаза, я легко могу представить на ее месте Бейли. Может, виной тому пиво, а может, то, что я фантазировал о своей лучшей подруге с тринадцати лет, но отчего-то мне легко притворяться.

Она обхватывает меня ногами за талию и проводит языком вдоль шеи.

— У меня нет презерватива, – ворчу я в отчаянной попытке это пресечь.

— У меня есть.

— Зачем? – Может, я и правда полиция нравов, ведь какое мне дело, если она разгуливает с огромной пачкой презервативов из супермаркета? Флаг ей в руки.

Талия продолжает покрывать поцелуями мою грудь. Я без конца напоминаю себе о том, что Бейли спит с другими. Это дурацкое «да» не выходит у меня из головы.

— Затем, что я уже два года надеюсь с тобой сойтись.

— Разве ты не хотела показать свой сосок с пирсингом?

— О, я соврала, чтобы тебя заманить.

Она отталкивает меня и спускает мои плавки. Я сажусь на край ванны и позволяю ей отсосать мне. Член мягче сердца матери Терезы. Слышу в голове неодобрительное хмыканье Бейли. «Мать Тереза была оппортунисткой, чьи центры находились в таком ужасном состоянии, что люди сравнивали их с лагерями. Ее сердце было не таким уж мягким».