Книга Пропасти улиц, страница 19 – Любовь Левшинова

Было. До утра. Пока Есения не присоединилась к их компании за завтраком и не подмигнула Штат. Виктор был не против.

Штат с ухмылкой отсалютовала Ясе кружкой кофе, одобрительно кивнула в знак уважения.

И поперхнулась, когда Вик с обожанием снова убрал локон за ухо девушки.

Потому что Штат уже была трезва, и никакая алкогольная депрессия ее не накрывала.

Но отчего-то в Викторе она впервые увидела мужчину.

Штат

— Вы в курсе, что в человеческих клетках находится восемь тысячных электричества? – Штат встала с дивана, неровным шагом прошла на кухню. Вик с Эдиком скептично хмыкнули, гадая, нужная ли это информация или новый виток философии после трех банок пива. – Я серьезно, – продолжала блондинка. Взяла из холодильника четвертую банку, опустилась на табуретку напротив парней. Соня и еще пара ребят тусовались на кухне. – А если умножить количество этого электричества на количество клеток в теле человека, получится энергия атомного взрыва, представляете?

Виктор улыбнулся.

— То есть каждый из нас – ходячий атомный взрыв? – хмыкнул Эдик.

— Мы – особенно, – поддакнул Вик.

— Дети Хиросимы, – засмеялся Эдик.

Штат сделала из банки глоток, с улыбкой посмотрела на парней.

— Якудзы. Идеальный символизм. Ассоциация будет понятна только нам. Ничего так название вместо «те недоумки». Все равно в шутку говорили про компашку нашу так, а теперь будет официальное название с расшифровкой, если что.

Парни засмеялись.

— Если что? – Виктор добродушно фыркнул. – Думаешь, будут допытываться?

— Ой, ну мало ли. – Штат закатила глаза, недовольная подколом друга.

— Ладно тебе, – отмахнулся Вик. – Это на самом деле гениально.

— То-то же. – Штат расплылась в довольной улыбке, плюхнулась на диван между друзьями.

Посмотрела на профиль Виктора. Шею заполняла законченная татуировка, часть которой набила она сама. Теплая улыбка и его одобрение грели душу. Штат сама не понимала почему. Он сидел рядом, такой большой и сильный, горбинка сломанного носа придавала очарование.

Руки с переплетением мышц на предплечьях притягивали взгляд. А гадкий внутренний голосок в груди радовался, что она сидит рядом. Штат осталась и будет оставаться с ним. Не Есения, которая «отлипла» от компании через неделю, не другие девчонки.

Штат не ревновала. Ей нравились пассии друга. По крайней мере, те редкие, кто задерживался рядом с ним дольше чем на одну ночь. Вкус у Вика все же был, несмотря на почти до конца забитую черепом спину. Просто ей нравилось быть константой. Это дарило особенное чувство удовольствия. Исключительности.

Всем хочется быть у кого-то на быстром наборе. Быть приоритетом, а не вариантом. Она для своих друзей такой была. Для Вика – особенно. Штат им дорожила. Но только с недавнего времени начала замечать, как приятно становилось, когда он действиями показывал, что дорожит ею не меньше.

Когда приходили СМС-ки от девушки и Штат, она не сомневалась, кому первому Вик ответит и придет на помощь. И ее бесило, что это перестало восприниматься как должное, как было раньше. Еще несколько недель назад между ними была просто дружба.

Но Вик тем утром за завтраком перестал быть для нее бесполым существом. И Штат раздражало, что теперь она замечает это: жилистые руки, кривую ухмылку, горбинку на носу. Его теплый взгляд, который для всех был холодным. Лед его серых радужек растапливался для нее.