Книга Гордость и предупреждение, страница 55 – Любовь Левшинова

Но бесило Вертинского не это: Дрейк не требовала от него ничего, как они негласно и договаривались. Не вела себя по шаблону, созданному в голове Криса. Хотя он думал, что просчитал все. В отношениях, как в бизнесе, нужно учитывать риски. Он учитывал.

Только Тат, создавая их, не хотела его участия. Он не чувствовал, что она, как девчонки любят это делать, без слов требует внимания. Скорее Татум хотела, чтобы он отвалил. И была вынуждена сидеть рядом с поедающим бефстроганов Крисом, пялиться в пустоту лишь потому, что на нескольких маршрутках добираться до метро было неудобно.

Он ощущал себя навязчивым водителем, который своим присутствием ставит себя в позицию нуждающегося. Здесь не ей нужна была помощь – это Крис своим вниманием беззвучно требовал от нее ответы, которые они без слов договорились друг другу не давать.

Ему было интересно узнать, что произошло в зале и откуда она знает Арсения, потому что был уверен, что сам парень на эти вопросы не ответит. Ему было интересно, что произошло и почему Дрейк уже сорок минут смотрит в свое отражение в темной, глянцевой поверхности стола, не двигаясь. И его бесил собственный интерес. Ему должно быть плевать. Он рассчитывал именно на это.

Доехали до дома Дрейк они тоже в полном молчании. Крис кидал незаметные взгляды на Татум. Алкоголь ее, очевидно, расслабил: тяжесть ушла из энергетики девушки, она скучающе смотрела в окно. Лишь спокойно спросила: «Зайдешь? Мои вернутся поздно вечером», – когда машина остановилась на ее улице.

Вертинский пожал плечами, согласился. Он не знал, почему не поехал домой отсыпаться перед новой учебной неделей. Дело было не в желании не бросать Тат в таком состоянии: казалось, ему нужно побыть с ней еще немного, чтобы пусть даже невербально узнать хоть что-то. Просто чтобы владеть информацией.

Татум закрыла дверь, разулась, скинула пальто, Крис повторил за ней. Сел на диван. Дрейк, к удивлению, его тут же оседлала, не сделав передышку на чай.

Ее губы были на вкус сладкими от «Ред Булла», движения – беспокойными, рваными: она шарила пальцами по его плечам, зарываясь в волосы парня, ерзала на его коленях. Вертинский ей отвечал, но поймал себя на мысли, что держит в руках лишь ее оболочку.

— Нет, так не пойдет. – Он скинул с себя девчонку, зачесал пятерней назад волосы.

Тепло в животе тут же утихло, не добираясь до мозга: возбуждение казалось искусственным.

— Что не так?

Дрейк села, откинув голову на спинку дивана. Тяжело вздохнула. Задала вопрос, казалось, для проформы: сама понимала – что. Не испытывала стыда или угрызений совести, не смутилась, когда парень ее оттолкнул. Устало прикрыла глаза. Ей было плевать.

Так, как должно быть плевать ему.

— Ты не тут. Я, вопреки всему, не секс-кукла, – скривился Крис. Старался говорить спокойно, пряча на дне глаз уязвленное самолюбие. Вздохнул, подпер щеку кулаком, оборачиваясь к Дрейк. Все же решил не быть идиотом, задать вопрос: – Ты в норме?

— Откуда ты знаешь Сеню?

Она не собиралась объясняться. Это вызывало раздражение на грани с бешенством, потому что он сам так любил делать.

— Служили вместе, – просто ответил Крис.

Не стал лезть дальше. Не очень-то и хотелось.

Тат открыла глаза.

— Ты служил? – Ее удивление было искренним.

— Угу. – Крис повторил за ее движением ранее: откинул голову на спинку дивана, смотря в потолок. – Воздушный десант.