Книга Голые души, страница 64 – Любовь Левшинова

— Вселенная? – Не сдержав смешок, Тат прыснула в кулак.

— Конечно, – без сумасшедшей серьезности, но уверенно ответила Надя. – Давай, – добавила она, – скажи, чего хочешь, четко и вслух!

— Надя… – Дрейк покачала головой, не желая играть в детские игры, но Славянова ее безапелляционно перебила.

— Давай-давай, – закивала она.

Тат прочистила горло, собираясь отказаться, но блондинка смотрела на нее таким искренним взглядом, горящим желанием помочь, что Тат не решилась.

— Ладно… – с напускным недовольством пробубнила она. Села ровнее на стуле, распрямила плечи и патетично вскинула взгляд к потолку. – Вселенная! – четко произнесла Тат, борясь с желанием расхохотаться. – Я хочу открыть свою картинную галерею и понять, как это сделать!..

Договорить Дрейк не дала вибрация входящего звонка. Она вздрогнула от неожиданности, покосилась на Славянову, тряхнула головой и ответила на вызов. Глаза Тат округлились.

— Здравствуйте! – Дрейк услышала приятный женский голос в трубке. – Вы оставляли заявку на должность ассистента организатора в галерее «Фридом». – У Тат замерло сердце. Это было миллион лет назад, еще в прошлой жизни, почему звонят сейчас? – Было бы вам удобно подъехать на собеседование на этой неделе?

Дрейк во все глаза смотрела на ничего не понимающую Надю, которая могла судить о происходящем только по эмоциям, написанным на лице Тат: удивление, страх, надежда, недоумение.

— Э-э, да… – еле ворочая языком, выдавила из себя Дрейк.

В голове крутилась тысяча мыслей, но ни одна не могла удержаться в сознании дольше секунды.

— На всякий случай спрошу, – продолжила женщина. – Простите, что так внезапно, но, может, у вас будет время уже сегодня вечером?

Тат выдохнула, пытаясь осознать смысл слов, нервно вцепилась пальцами в край стола, кивнула сама себе.

— Да, да, конечно. – Дрейк изо всех сил постаралась придать голосу уверенности, но могла только моргать, шокированная.

— Замечательно. Ждем вас в шесть, адрес пришлю в мессенджере.

— Спасибо… – Тат просипела благодарность поздно, уже пошли гудки. Положила телефон, в прострации подняла взгляд на обеспокоенную подругу, сидящую уже на самом краешке стула в ожидании объяснений. – Надя, – прошептала Дрейк. – У меня сейчас сердце остановится…

— Что случилось? – Славянова перебрала в голове самые ужасающие варианты, но все равно не могла представить, что могло повергнуть Татум в такой шок.

Дрейк оторопело улыбнулась.

— Вселенная меня услышала.

Татум

— Я могу быть свободна всю вторую половину дня. – Татум с готовностью кивнула, возвращаясь вслед за куратором в главный зал.

— Замечательно. – Мирослава улыбнулась. Даме на вид было лет сорок. Но Дрейк была уверена, что больше. Она выглядела ухоженной и «дорогой» со своей серебряной, не перекрытой краской сединой в волосах. – Мне понравился ваш взгляд на пространство, – добавила она, останавливаясь у стойки.

Татум внутри ликовала: у нее действительно было мнение насчет того, как оригинально и свежо можно организовать пространство нового зала в творческом комплексе «Фридом».

Все казалось сном. Неожиданный звонок полностью выбил ее из колеи, но погрузил в давно забытую эйфорию. После совершенных ошибок у Дрейк было ощущение, что теперь искусство можно наблюдать только издалека, чтобы его не запачкать.