Книга Голые души, страница 121 – Любовь Левшинова

За неимением ответов было решено расслабиться и праздновать.

Криса она не видела сутки: Вертинский звал остаться у него перед праздничным ужином, но Тат уперлась рогом, приводя в качестве аргументов, что ей нужно будет выбрать наряд и накраситься перед торжеством.

Черное пышное платье в пол, как у принцессы, было прислано на следующий день с курьером. Очень кстати: Дрейк и не думала ехать в магазин за новым, а просидела полночи в «Фотошопе» и дешевых приложениях на телефоне для дизайна, любительски пытаясь воссоздать интерьеры галереи, давно поселившиеся в голове.

Очнулась она за полчаса до выхода. Выгнала Нику из душа, наспех помыла голову и под смех и ругательства прибывшего вовремя Криса пыталась нарисовать ровные стрелки.

— Что бы ты делала, если бы я не прислал платье, м? Пошла бы в халате? – Крис развалился на кровати Дрейк, наблюдая за тем, как та мечется по комнате.

Они не обязаны были приезжать ровно в срок, но из вредности хотелось немного побубнить.

На Вертинском был новый черный смокинг, поэтому на кровати он лежал в неестественно напряженной позе, чтобы лишний раз не мять ткань.

Татум опустила кисть с пудрой и обернулась к парню. Подошла к Крису, загадочно улыбнулась. Ей удалось разобраться с основными функциями программы редактора и найти нужные референсы для дизайна, поэтому Тат была в прекрасном настроении.

Крис нахмурился, сложил руки на груди, картинно строго посмотрел на Дрейк. Но та не подарила ему ни единого виноватого взгляда, лишь снисходительно улыбалась, понимая негодование парня.

Дрейк наклонилась к Крису, оперлась руками на кровать по обе стороны от его головы.

— Спасибо за платье, оно чудесное. Буду сегодня самой красивой. – Она тихонько хмыкнула, игнорируя недовольство Вертинского, искренне поблагодарила, оставив на его губах нежный, призрачный поцелуй.

Затем отстранилась и вернулась к зеркалу.

Крис на секунду смутился, оттянул на шее галстук-бабочку: в комнате стало душно. Он приподнялся на локтях, хотел сказать что-то колкое, но искренняя теплота от Татум напрочь выбила его из колеи.

— Не за что…

Дрейк не была с ним холодна. Она отвечала на поцелуи, прикосновения, уже была не против подарков, но все еще оставалась вольным мустангом, неприрученным и непонятным, оттого любая инициатива или больше положенной порция нежности воспринималась им как нечто из ряда вон, как благословение или награда.

Если Крис для себя решил, что не будет сдерживаться в проявлении чувств, особенно после согласия Татум на официальные отношения.

— Кстати, мне приснился сегодня один постыдный, мокрый сон с твоим участием. – Дрейк бросила на парня неоднозначный взгляд сквозь отражение в зеркале, не отвлекаясь от нанесения румян на яблочки щек.

Крис встал с кровати.

— И что мы там делали? – Он перенял игривое настроение Дрейк, подошел к ней вплотную.

Татум ухмыльнулась, не прерывая зрительного контакта, и томно произнесла:

— Я тебя рассмешила, и ты обоссался.

Крис хрюкнул от смеха и тут же впился пальцами в ребра Дрейк, нещадно щекоча девчонку в качестве мести.

— Ах ты маленькая дрянь, – хохотал Крис, сжимая Дрейк в объятиях, – я тебе сейчас устрою мокрый сон. – Он махом развернул Тат к себе, вопреки сопротивлениям, сжал ее лицо в ладонях, жарко поцеловал.