Книга Минхунь: развод с призраком, страница 115 – Лия Шах

Теперь, когда он был так близко и смотрел так горячо, сердце забилось с удвоенной скоростью и дыхание стало глубже. Некогда важные вопросы потеряли всякий смысл, а когда он наклонился и накрыл губы таким долгожданным поцелуем, я даже не подумала отстраниться. Ледяной язык прошелся по губам и проник внутрь, заставив полностью отключить мозги.

Я влюбилась в него с первого взгляда, но не хотела себе в этом признаваться. Я обманом женила его на себе и не хочу, чтобы он куда-то ушел. Пусть это несправедливо и несвоевременно, но я не хочу никуда его отпускать.

Я хочу, чтобы он остался.

То, что произошло дальше, не было обдуманным решением двух взрослых людей. Мы ничего не обсуждали, ни в чем не признавались и не давали обещаний. Этой ночью Инь Ян не был нежен, и я так и не узнала, что он купил на ужин. Как не узнала и того, каким именно образом призрак забрал заказ. Инь Ян – это Инь Ян, и он может все.

Совру, если скажу, что никогда не мелькали мысли о чем-то подобном. Дядюшка достаточно часто провоцировал эти недопонимания, чтобы даже я задумалась о более тесном контакте с ним. В то время я могла только недоумевать и представлять всевозможные ужасы, ведь он бесплотный, холодный и вообще иностранец. Я не ошиблась ни в чем и все случилось именно так, но даже после того, как все опасения сбылись одновременно, я была счастлива.

Кровь разгоняла огонь по венам, заставляя ощущать ледяные прикосновения мужчины еще сильнее. Концентрация холода казалась такой сильной, будто вот-вот заметет снегом всю комнату, но на окнах даже следы инея пропали. Будто вся темная энергия собралась только между нами, чтобы в момент наивысшего доверия и удовольствия войти в мое тело и заполнить собой без остатка.

Темная энергия плотным коконом оплетала меня, отрезая от внешнего мира. Эмоции людей за пределами этого кокона стали полностью недоступны, и только шквал удовольствия, страсти и восторга находящегося рядом мужчины увлекали за собой все глубже в эти чувства без желания очнуться.

Было и что-то еще, но я действительно не могла распознать любовь это была или же грусть. Их сила была настолько велика, что я задыхалась в слезах, а мир живых и мир мертвых переплелись еще сильнее, стирая грань, которую стирать не стоило.

От холода я не чувствовала ног. Встать самостоятельно было невозможно, но призрак сам взял меня на руки и отнес в спальню. Если в прошлом у меня были мысли, что тесный контакт подобного рода может сделать его полностью видимым, то теперь я точно знала, что это не так. Инь Ян все так же был полупрозрачен, но от этого не стал менее осязаемым.

Все-таки между Яном и живым мужчиной есть заметная разница в выносливости. Объятия, начавшиеся на кухне, продолжились в спальне и длились до тех пор, пока звезды не потухли в предрассветной тьме.

Полная надежд и любви, я наконец уснула, ни о чем больше не думая.

Проснувшись, первым делом я почувствовала боль. Болели руки, ноги и спина, но в душе были легкость и светлая грусть. Утреннее солнце пробивалось сквозь плотный слой облаков и мягко освещало спальню, в которой кроме меня никого не было.

Вспоминая прошлую ночь – нашу первую брачную ночь, – я была ошеломлена, смущена и счастлива, но продолжать вспоминать все эти неприличные вещи было слишком стыдно, так что я крепко зажмурилась и накрылась подушкой, чтобы привести мысли в порядок.