Книга Шелковый хаос, страница 71 – Фэя Моран

— С этим проблем не будет, – заверил я.

— А затем Танец Исаии. Самое важное. – Старик взял нас за соединенные руки и потянул вперед. – Обход вокруг аналоя, трижды. Идите медленно. Это ваш путь жизни. И помните о благочестии.

Мы начали движение по кругу. Тяжелый запах ладана уже забил мне легкие, а убийственный взгляд Анархии лишь повышал градус напряжения.

Но одно меня позабавило.

Я знаю про нашу греческую забаву с наступанием на ногу жениху во время чтения слов «и жена да убоится своего мужа». Считается, что та, кто успеет раздавить туфлю супруга в этот момент, будет главной в доме. Кажется, Анархия точно решит закрепить право на лидерство таким образом.

— Даже не думай об этом, Хаос, – усмехнулся я. – Я не позволю тебе топтать мои дорогие туфли. Знаешь, сколько я за них заплатил?

— Не велика трагедия, – так же тихо отозвалась она. – Я все равно напомню, что ты будешь ходить у меня под каблуком.

— Дети, благочестие! – строго напомнил епископ, заметив наше копошение. А потом, немного осмотрев нас, добавил: – Нам все же нужна замена кумбароса, чтобы держать венцы, кириос Аргир.

— О, давайте я! – весело окликнулась Инес.

Никто не стал перечить. Родители с улыбками лишь проводили ее взглядами, и моя сестра, схватив короны, вторглась в наш обход. Она пошла следом, высоко держа над нашими головами венцы, и для этого ей приходилось становиться на носочки. Она всегда была маленькой.

Наконец мы завершили третий круг и остановились. Инес отошла в сторонку, не прекращая с улыбкой наблюдать за репетицией.

— В конце, когда я сниму венцы, – продолжал епископ, – я разделю ваши руки. Это единственный раз за всю службу, когда я это сделаю. После этого вы одно целое перед Богом и законом. – Он сделал небольшую паузу, а потом добавил: – У вас остались вопросы, дети мои?

— Только один. – Я посмотрел на Анархию, чье лицо в полумраке собора казалось маской древнегреческой богини мести. – Если невеста решит заколоть жениха прямо у алтаря, это считается нарушением ритуала или частью семейных традиций?

Никандр, стоявший в тени колонны, коротко и сухо рассмеялся.

— В нашей семье, Деймос, – подал голос мой будущий тесть, – это считается «непримиримыми разногласиями». Но я бы на твоем месте не беспокоился. Анархия предпочитает более изысканные способы.

Она медленно повернула голову к отцу, затем снова ко мне. В ее удивительно красивых глазах был все тот же холод, который мог бы заставить зубы застучать, если бы не мой внутренний огонь.

— Репетиция закончена, – отрезала она, резко вырывая свою руку из моей.

Мягкий, но властный голос епископа остановил ее уже на втором шаге.

— Не так быстро, дочь моя. Репетиция движений закончена, но таинство – это ведь не только шаги по кругу.

Старик снова жестом подозвал помощника, который вынес на подносе простую серебряную чашу.

— В день вашей свадьбы внутри будет вино. – Епископ перевел взгляд с Анархии на меня. – Общая чаша. Вы отхлебнете из нее трижды. Это старая традиция, напоминающая о том, что отныне у вас один сосуд на двоих. Так что если один из вас решит подмешать в него яд, он выпьет его вместе с другим.

Мой отец одобрительно кивнул, выходя из тени колонны.

— Мудрые слова, – произнес он, поправляя манжеты дорогого пиджака. – Нам с Никандром нужно обсудить детали приема. Оставим вас здесь. Епископу нужно еще пару минут вашего внимания, чтобы объяснить порядок выхода.