Книга Шелковый хаос, страница 147 – Фэя Моран

— Это, получается, он хотел меня пристрелить? Неужели он так сильно приревновал тебя ко мне, что готов был таким образом от меня избавиться?

Анархия молчала несколько секунд, словно ее язык прилип к гортани.

— Идиот… Нет. Он позволил наемникам войти. Пропустил их.

Димитрис на видео методично отключил контур сигнализации, затем набрал код на панели – тот самый, который, как я полагал, знали лишь единицы.

— Ты понимаешь, что если об этом узнает мой отец, твоему придется довольно несладко? – спросил я. – Это еще мягко сказать… Ведь Димитрис его главный Цербер.

Анархия вцепилась в подлокотники кресла и бросила на меня яростный взгляд.

— Неужели ты угрожаешь мне сейчас?

Я поднял руки.

— Нет, я такого не говорил. Просто это может стать известным ему и без моего участия.

На экране Димитрис спокойно проверил время на наручных часах, поправил манжет пиджака и жестом пригласил кого-то из темноты коридора войти внутрь.

Анархия зажмурилась, словно пытаясь стереть изображение из памяти, но реальность была мрачновата. Человек, которому она, должно быть, доверяла свою жизнь, так опрометчиво поступил. Он собирался убить меня. Не знаю, почему, и чем я так ему не угодил, но одно было ясно – мой отец расценит это как предательство. И его гнев может упасть и на отца Анархии.

Не сдержавшись, я схватил девушку за руку. Она все еще пребывала в такой растерянности, что даже не обратила внимание на мой жест.

— Хаос, я обещаю, что не скажу об этом отцу. И позабочусь о том, чтобы это видео и это происшествие в целом остались тайной.

В этот момент она подняла глаза и посмотрела на меня. В них начал разгораться оценивающий огонек.

— И что ты хочешь от меня взамен? Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Ты ведь не просто так решил поиграть в спасителя.

Она медленно перевела взгляд с моего лица на мою руку, которая все еще сжимала ее ладонь. Я почувствовал, как напряглись ее мышцы.

На секунду мне захотелось сказать, что я сделаю это безвозмездно просто ради того, чтобы она не переживала о судьбе единственного родного человека и оставалась спокойной.

Однако вместо правды я ответил другое:

— Если мой отец узнает, что Цербер твоего отца пытался меня убрать, может начаться бойня. А мне сейчас меньше всего хочется баррикадировать окна и спать с автоматом в обнимку.

Анархия резко выдернула свою руку, словно опомнившись. Она выпрямилась в кресле, возвращая себе привычную броню высокомерия и жесткости.

— Ты делаешь это не ради мира, – ответила она, снова поворачиваясь к монитору, где застыло лицо предателя. – Но я приму твое предложение. Пока что.

Я передал ей пустую флешку. Она быстро застучала по клавиатуре, копируя на нее файл. Затем выдернула накопитель из гнезда и встала.

— Мы удалим этот фрагмент из общей базы, – скомандовала она. – Но оригинал останется у меня. Я сама разберусь с Димитрисом. Это теперь личное.

— Только не натвори глупостей, Хаос. – Я преградил ей путь к выходу. – Насколько я знаю, он опасен. И хорошо знает тебя. Если пойдешь на него в лоб, он может тебя уничтожить.

Анархия посмотрела мне в глаза, и я увидел в ее взгляде ту самую бездну, за которую ее могли так назвать.

— Пусть попробует. Отоди, Деймос.

Я медленно выдохнул и сделал шаг в сторону, освобождая проход. Спорить с ней сейчас, когда в ее крови бурлил адреналин пополам с яростью, было все равно что пытаться остановить голыми руками мчащийся поезд.