Книга Шелковый хаос, страница 119 – Фэя Моран

Деймос, почувствовав мое напряжение, слегка повернул ко мне голову, но не рискнул ничего говорить. Видимо, не особо хорошо у меня получалось оглядываться незаметно.

Архиепископ взял со стола первое кольцо.

— Обручается раб Божий Деймос рабе Божьей Анархии, во имя Отца, и Сына, и Святого Духа…

Он трижды осенил Деймоса крестным знамением, касаясь кольцом его лба, а затем проделал то же самое со мной. Архиепископ надел кольцо на безымянный палец правой руки Деймоса, а потом на мой.

Теперь настала очередь Паисия. Архонт Дома Аида поднялся, опираясь на трость, и подошел вплотную, встав между нами и алтарем. Паисий Аргир медленно снимал кольцо с моего пальца, чтобы надеть его Деймосу.

Я снова начала оглядываться, используя те секунды, пока Паисий возился с кольцами.

Охрана по периметру стояла как вкопанная. Ничего необычного и подозрительного. Но я никак не могла расслабиться, несмотря на то, что собор охранялся надежнее Белого дома в Вашингтоне.

Паисий в третий раз поменял кольца и отступил за наши спины, закончив первую часть ритуала.

— Утверди, Боже, обручение сие… – торжественно продолжал архиепископ. – Соедини я, Господи, в единомыслии…

Он медленно протянул свои ладони. Деймос протянул свою правую руку, а я вложила свою ладонь в его. Как только наши руки сплелись, священник накрыл их краем своей расшитой золотом и парчой эпитрахили.

В этот момент я почувствовала себя максимально уязвимой: правая рука несвободна, в левой – тяжелая венчальная свеча, и успею ли я достать оружие под платьем, если именно сейчас случится что-нибудь незапланированное?

— Боже Святый, – возгласил архиепископ, – создавый из персти человека, и от ребра его воссоздавый жену, и сопрягий ему помощника по нему… Посли руку Твою от святаго жилища Твоего, и сопрязи раба Твоего сего Деймоса и рабу Твою сию Анархию…

Я старалась не слушать его, а прислушиваться к происходяшему вокруг.

— …Сопрязи я в единомыслии, – продолжал старец, – венчай я в плоть едину, даруй им плод чрева, благочадие восприятие…

Мое волнение становилось только сильнее с каждой секундой, и я мечтала, чтобы венчание как можно скорее подошло к концу.

Деймос чуть сильнее сжал мою руку под тканью, словно прося меня успокоиться.

— Аминь, – выдохнул архиепископ, заканчивая молитву.

Вскоре ему принесли золотые венцы, соединенные белой лентой. Он трижды осенил Деймоса одним из них, прежде чем передать его Паисию, чтобы тот удерживал его над головой жениха. Затем настала моя очередь.

— Венчается раба Божья Анархия рабу Божьему Деймосу, во имя Отца, и Сына, и Святого Духа…

Золотой венец опустился на мои волосы, оказавшись неожиданно тяжелым. Теперь мы были связаны не только кольцами и сцепленными под эпитрахилью руками, но и этой шелковой белой лентой, соединявшей стефану.

Архиепископ трижды вознес руки к куполу, и его голос, набрав силу, заполнил каждое пространство между мраморными колоннами:

— Господи Боже наш, славою и честию венчай я! – провозгласил он в первый раз.

Хор отозвался тихим пением. Паисий, стоявший за нашими спинами, бережно поправил венцы, следя, чтобы лента не перекрутилась.

— Господи Боже наш, славою и честию венчай я! – повторил старец во второй раз.

Я чувствовала на себе тяжесть золота. Венец словно давил на мою голову, заставляя держать спину неестественно прямой.