Книга Эмма. Любовь и дружба. Замок Лесли, страница 138 – Джейн Остин

— Я знаю, сколь высокого мнения вы о Джейн Фэрфакс, – сказала Эмма. Она снова вспомнила свои тревоги по поводу малыша Генри и замялась, не зная, как заговорить о щекотливом предмете.

— Да, – отозвался он, – это ни для кого не секрет.

— И все же… – с лукавым взглядом начала Эмма и вдруг замолчала. Решив, что лучше уж узнать все самое неприятное сразу, она поскорее продолжила: – И все же, возможно, вы и сами не совсем осознаете, насколько высокого. Однажды степень вашего восхищения даже может вас поразить.

Мистер Найтли в этот момент усердно поправлял нижние пуговицы толстых кожаных краг, и, отвечая, то ли от старания, то ли по другой причине, он покраснел:

— А, так вот вы о чем?.. Что ж, поздно спохватились. Мистер Коул мне еще недель шесть назад об этом намекнул.

Он замолчал. Эмма почувствовала, как миссис Уэстон слегка наступила ей на ногу. Она не знала, что и думать. Тут мистер Найтли продолжил:

— Однако этого, уверяю вас, не случится. Посмею предположить, что мисс Фэрфакс не приняла бы моего предложения, а сам я вполне уверен, что никогда бы ей его и не сделал.

Эмма, в свою очередь, довольно сильно наступила на ногу миссис Уэстон, а вслух, обрадовавшись, воскликнула:

— Вы, мистер Найтли, попусту не болтаете! За это я ручаюсь.

Мистер Найтли ее как будто не услышал. Он задумался и вскоре заговорил, явно чем-то недовольный:

— Так вы, стало быть, задумали, что я должен жениться на Джейн Фэрфакс?

— Нет-нет, отнюдь. Вы так меня упрекали за сватовство, что я бы себе сей вольности в отношении вас не позволила. Мои слова совершенно ничего не значат. Такие предположения, знаете, строятся просто так, не всерьез. Ах, нет, право! Ни за что бы я не хотела женить вас на Джейн Фэрфакс или еще на какой-нибудь Джейн. Как бы вы тогда приходили к нам в гости и спокойно с нами беседовали?

Мистер Найтли снова задумался. В итоге он сказал:

— Нет, Эмма, не думаю, чтобы однажды меня поразила степень моего восхищения. Уверяю вас, я никогда подобным образом о ней не думал, – и, помолчав еще немного, добавил: – Джейн Фэрфакс – очаровательная девушка, но даже она несовершенна. У нее есть один недостаток. Мужчине хотелось бы видеть в жене более открытый нрав.

Эмма, понятное дело, обрадовалась, что у Джейн Фэрфакс есть недостатки.

— Стало быть, – произнесла она, – вы быстро мистера Коула разуверили?

— Да, очень быстро. Он сделал тонкий намек, я сказал, что он ошибается, он извинился и больше ничего не говорил. Коул не пытается выставить себя мудрее или проницательнее соседей.

— Как от него отличается миссис Элтон, которая старается казаться и мудрее, и проницательнее всех на свете! Интересно, как она говорит о Коулах, как их называет? Какое бесцеремонное и непристойное прозвище она им придумала? Вас она зовет «Найтли» – а мистера Коула? Словом, нечего мне удивляться, что Джейн Фэрфакс принимает ее любезности и соглашается на ее общество. Миссис Уэстон, ваш довод кажется мне самым разумным. Я скорее поверю в соблазн сбежать от мисс Бейтс, чем в торжество разума мисс Фэрфакс над миссис Элтон. Не думаю, что миссис Элтон способна признать себя ниже кого-либо хоть в мыслях, хоть на словах, хоть на деле и что ее может сдерживать что-то, помимо собственных скудных представлений об этикете. Трудно представить, чтобы она не оскорбляла гостью ежеминутными похвалами, ободрениями и предложениями помощи, не расписывала без умолку свои великолепные планы: от поисков для нее постоянного дома до приглашений на восхитительные поездки по окрестностям в их чудесном ландо.