Книга Эмма. Любовь и дружба. Замок Лесли, страница 106 – Джейн Остин

К этому времени в гостиную подошли и другие джентльмены, и Эмма была вынуждена на некоторое время повернуться к мистеру Коулу и выслушать, что он ей говорит. Когда мистер Коул наконец отошел, она вновь обернулась к Фрэнку Черчиллю и увидела, что он пристально смотрит в другой конец комнаты на мисс Фэрфакс.

— Что такое? – спросила она.

Он вздрогнул.

— Спасибо, что окликнули меня, – отозвался он. – Пожалуй, я вел себя крайне невежливо. Просто у мисс Фэрфакс такая странная прическа, очень странная! Я не мог оторвать глаз. Впервые вижу нечто столь причудливое!.. Эти кудряшки!.. Наверное, она ее сама придумала. У других дам прически совершенно другие!.. Может, пойти и спросить? Это в Ирландии такая мода? Спросить?.. Да, спрошу, спрошу непременно. А вы посмотрите, как она это примет, покраснеет ли.

Он тут же направился к мисс Фэрфакс и заговорил с ней, однако эффект, произведенный его словами, Эмма оценить не смогла, поскольку тот непредусмотрительно встал ровно перед девушкой, загородив Эмме вид.

Его место рядом с Эммой быстро заняла миссис Уэстон.

— Роскошь многочисленного общества в том, – начала она, – что всегда можно подойти к кому угодно и посекретничать о чем угодно. Моя милая Эмма, мне не терпится с вами кое-чем поделиться. Я, совсем как вы, делала открытия и строила планы и хочу обо всем вам немедленно рассказать. Знаете ли вы, каким образом сюда попали мисс Бейтс и ее племянница?

— Каким?.. Они ведь были приглашены?

— О да! Но знаете ли вы, как они сюда добрались?

— Полагаю, пешком. Как еще?

— Вот и я об этом подумала и поняла, как печально будет, если Джейн Фэрфакс и домой придется возвращаться пешком, а ночи сейчас холодные. К тому же посмотрите на нее: конечно, румянец ей невероятно к лицу, но ведь он значит, что она разгорячилась, а так легче простудиться. Бедняжка! Такой мысли я вынести не смогла и, как только мистер Уэстон вышел из столовой, поговорила с ним насчет нашего экипажа. Он меня, конечно, с готовностью поддержал, так что я сразу подошла к мисс Бейтс, чтобы предложить к их услугам повозку, наш кучер отвез бы сначала их, а потом и нас. Я подумала, что она будет рада знать это заранее. Добрая душа! Как она была признательна! Воскликнула: «Нет никого на свете счастливее меня!» – и тысячу раз меня поблагодарила, но оказалось, что им ни к чему нас беспокоить, потому что сюда их привезли и назад отвезут в экипаже мистера Найтли. Как я удивилась! Обрадовалась, конечно, тоже, но удивилась – еще больше. Такая доброта, такая заботливая предупредительность! Не всякий мужчина догадается так поступить. А зная его привычки, я очень склонна полагать, что мистер Найтли вообще воспользовался экипажем исключительно ради них. Подозреваю, ради себя одного он не стал бы запрягать лошадей, так что это лишь предлог помочь дамам.

— Скорее всего, – согласилась Эмма, – очень даже вероятно. Только мистер Найтли способен на столь похвальный поступок, поистине добрый, внимательный и великодушный. Пускай он и не дамский угодник, но человек в высшей степени добросердечный. И, учитывая слабое здоровье Джейн Фэрфакс, его поступок не что иное, как проявление человеколюбия. Не знаю, кто еще умеет так ненавязчиво проявлять доброту. Я видела, что он сегодня не пешком, мы приехали одновременно. Я даже над ним подшутила, но он ни словом не выдал своих истинных намерений.