Онлайн книга «Искатель, 2008 № 07»
|
Не нужны и споры высокой концентрации и очистки. Важно лишь перемолоть порошок с наполнителем как можно мельче... ...Лучше всего использовать штамм Эймса. Он самый агрессивный, и его легко заказать для научных целей... Туляремия. Всего десять бактерий достаточно, чтобы убить человека. Она вызывает тяжелейшую форму пневмонии. Смертность 30 процентов». Рауф смотрелся в маленькое зеркало в тяжелой серебряной оправе. Их ученые придумали, что люди восточной крови быстрее стареют. Чушь! Ему на вид никак не дашь больше сорока. Седина выдает. Если бы он собирался возвращаться в Европу, то обязательно покрасил бы волосы. Но здесь это незачем. Да и нельзя. Не поймут. Ах, зачем он вообще ездил учиться в Москву, потом в Лондон! Как нехорошо разбила в нем западная культура все, к чему он привык! Словно ножом кто-то разрезал его надвое. Как сопротивлялась его душа разврату западного просвещения! ...Если бы он был в Европе, то пошел бы в спортивный зал, вроде университетского. Нашел бы самый лучший... Да нет. Теперь уже нет. Но все равно он в потрясающей форме. Рауф часто думал, как ОНА бы теперь на него посмотрела. Если бы сидела напротив. Здесь. Он так сосредоточился на своих мыслях, что не сразу расслышал деликатные пошаркивания Чомпи. — Приехал твой отец, Рауф. — Да? Это хорошо, — растерянно произнес он. «Ну почему именно сейчас!» Отец звал его на охоту. Там было уже все готово. Поставили генераторы и морозильник. Хорошее место. Рауф любил там охотиться. Отец, естественно, не рассказал о тех, кто приглашен, но Рауф хорошо знал, зачем это все. Конечно, девушку, что прочат ему в жены, можно назвать прекрасной кандидатурой. Он видел ее на свадьбе брата. Она красива, скромна и из очень хорошей семьи... Но как объяснить отцу? Неподходящее время. Но Рауф уже дал согласие ехать. Отец опять будет всю дорогу твердить о женитьбе и о позоре на сединах. Рауф вспомнил их последний разговор. Странно, почему отец так теперь печется об отпрыске от нелюбимой жены? Старик раньше багровел при упоминании одного имени его. Рауф потер переносицу своего крупного носа и стал смотреть, как разливают чай. Почему отца так трогает его жизнь теперь? Почему именно сейчас? Тридцать лет назад он видеть его не хотел. 10 сентября. На стол директору нового ведомственного корпуса на Хорошевском шоссе, того самого, где работал Роман, легла серая папка. Предварительный отчет из отдела внутренних расследований при специальной комиссии Военной прокуратуры о ЧП, произошедшем ночью. Директор просмотрел материалы и пачку фотографий десять на пятнадцать. Все сложил обратно. Он вспомнил лицо подозреваемого по делу. Роман Разин. Молодой мужчина тридцати трех лет. Широкоплечий, атлетического сложения. На голову выше него. Он еще сильно смахивал на звезду футбола... Отличный послужной список. Несколько удачно проведенных операций личной разработки. Несколько наград... Правильно, вот откуда он его знает. Он сам его награждал на юбилее «органов». Да, на голову выше... Как доложил следователь: «Не за что уцепиться. Разве что Роман Разин, который словно бы исчез». Судебные медики утверждают, что убийства произошли где-то между пятью и девятью утра. Следствие уже началось, но делать выводы рано. Раз никто с подозреваемым не говорил, нужно прежде всего найти подозреваемого. Материалы, которые обрабатывал этот отдел, имеют высокую степень важности. |