Онлайн книга «Искатель, 2008 № 08»
|
Зелено-черное вокруг качалось и плыло, и мы опять бежали рука об руку. Нас вела горящая черта, постепенно суживающаяся, и неимоверно много препятствий и барьеров приходилось преодолевать нам, огибать, продираться, падать, снова вставать, оставлять клоки одежды и клоки собственной кожи, разбивать колени, обдирать руки... Небо еще оставалось черным, когда мы добрались до острия векторной черты. С некоторым удивлением я обнаружил, что не только девушка Оксана со мной, но и сумку с набором и — важно! — сумку с ингредиентами я не потерял. Вход в низкое каменное строение, напоминавшее дот или кабельную будку, был светлее неба. Все вокруг походило на негатив цветной фотографии. — ...он...ни! — Девушка Оксана слабой рукой указывала куда-то. — Отойди! Не будучи уверенным, что она услышала меня, я дернул девушку Оксану вбок, а сам прилепил к железной дверце коробок величиной со спичечный. Глухо, как сквозь подушку, грохнуло. Железная дверь помедлила и нехотя отворилась. И странным образом прочистились уши, и встали на свои положенные места тьма и свет. Вниз уходили три или больше ступеньки, и чего-чего, а тьмы там внутри хватало. — Туда! — Ох...л, дядечка?! Они нас там как крыс! — А вот материться молодой девушке не обязательно. Но это я уже проговорил вслед скатывающейся от моей затрещины кубарем девушке Оксане. Вниз, внутрь, в темноту, в затхлость, в склеп, в могилу. И закрыл за собой дверь. Глава 18 Момент истины Врешь! Ты мне все врешь! У тебя и выпить есть, а ты мне все врешь? Должен признаться: в полной темноте я слеп, как все остальные нормальные люди. Исключая нокталопов. Картинка на призрачной кисее не появляется, и ослепительные векторы-стрелы действительность не прорезают. — Эй, ты где? Я ничего не вижу! — Тебе и не надо. Иди на голос. Послышался звон — не иначе девушка Оксана угодила ногой в сумку с ингредиентами, которых еще оставалось. — Я тебе сейчас голову оторву! — Гад! Зачем по затылку бил, гад?! Я чуть ноги не переломала! С такой высоты! И локоть... — По затылку — это тебе алаверды. И не ори, всех переполошишь. — Этих? Снаружи? Они видели, куда мы побежали? Они нас найдут? — Найдут не найдут, еще бабушка надвое по воде вилами написала, а местные... — Местные? — Ну, кто тут лежит. Прямо рядом с тобой. Их перебудишь, встанут — внешняя компания детишками в песочнице покажется. — Дура-ак... О-о-ой-йй... Ты где, ну? Где ты? Я нашарил ее пальцы. Девушка Оксана сразу судорожно вцепилась в меня. — По... пог-годи, дядечка, у меня зажигалка где-то... — Не стоит. Чш-ш! Тихо! Я прислушивался. Затем поднялся по ступенькам — всего-то пять их, подумаешь, высота — и поправил подпиравшую дверь железную полосу. Бог знает, откуда она здесь взялась. Впрочем, почему обязательно — Бог?.. Узкий луч пальчикового фонарика выхватил подбородок девушки Оксаны, пробежался по торцам задвинутых во что-то вроде ниш гробов. Тоже, по глупому совпадению, пять — четыре взрослых и один маленький детский. Тут уж никаких тебе девизов, никакой помощи извне, никаких ободряющих звонков и нежданных освобождений из узилищ, куда сам себя ты засадил. Тут, Навигатор, проверяется твоя везучесть, ну и в какой-то степени интуиция и умение соображать. Черт, я знал, что мне устроят что-либо подобное под конец. |