Книга Мистический капкан на Коша Мару, страница 20 – Евгения Райнеш

— Слушай, — он подошёл совсем близко и присел на корточки перед девочкой. — А как ты вообще додумалась приходить играть в такое… не очень надёжное место?

Клим сначала хотел сказать «опасное», но решил не пугать Нату. Хотя… Кажется, её вообще ничего не страшило. Кроме, может, мысли, что она больше никогда не увидит свою собаку-космонавта. Девочка-ангел посмотрела на него с удивлением:

— В сам дом мы, конечно, не могли попасть, мы играли во дворе. А что там ненадёжного? Очень даже прекрасное место.

Точно! Она же не сказала, что Белка пропала именно в самом доме. А двор… Двор тут большой, Клим решил в ближайшее время лучше его обследовать.

— Ну, если двор, то, конечно, да… Хотя… А тебе родители не говорили, что опасно вообще играть в таких безлюдных местах, и вот с незнакомцами, вроде меня, тоже разговаривать опасно?

— Опасно? — Ната вдруг рассмеялась, и смех её показался Климу каким-то очень взрослым. Едким и осмысленным. — Вроде тебя? Я Риту даже учу видеть: плохой человек или хороший. У неё это хуже получается. Иногда… ошибается.

— А-а-а, — протянул Клим. — Энергетики там всякие, считывания ауры…

Очередная сумасшедшая мамаша. Клим встречался с людьми, которым казалось, что они смотрят за грань бытия. Такие клиенты, притянутые «вторым измерением» его работ, находили фотографа, иногда даже подкарауливали где-то, чтобы познакомиться. Клим казался им кем-то из «своих». Почему сдвинутые люди так любят общаться?

Хотя вся его «мистика» заключалась в том, что Клим снимал свет, а не предметы. Поэтому собственно одушевлённая и неодушевлённая материя в его работах принимала причудливые формы.

— Никаких аур, — улыбнулась Ната. — Просто я вижу, что ты не причинишь мне зла, вот и всё.

— И что ещё ты видишь? — заинтересовался Клим.

— Ты — хороший человек, хотя немного задёрганный и несчастный. А вот в доме…

Она вдруг как-то торопливо оглянулась, словно проверяла: не подслушивает ли кто-то невидимый, но посторонний.

— Сначала не поняла: слишком много в нём здесь было тебя, наверное, только что прошёл по всем углам. И я ведь раньше никогда не заходила в дом. Но теперь… Ты не чувствуешь здесь что-то странное?

Клим пожал плечами.

— В домах, где долго никто не жил, всегда такое ощущение.

Девочка кивнула.

— Никакие дома не бывают пустыми. Когда из домов уходят люди, в них селятся пустодомки.

— Кто это?

По названию Клим понял суть этого фольклора. Кажется, детские фантазии, сродни чёрным рукам, вытягивающимся из унитаза.

— Такие… Ну они могут выглядеть, как змеи, только вовсе не змеи. Здесь тоже наверняка живёт пустодомка. Она…

— Из другого измерения? — вдруг догадался Клим.

— Точно! — обрадовалась Ната. — Ей наверняка понравилась Коша Мара.

— Кошмар? — переспросил Клим.

— Нет, Коша Мара. В два слова, отдельно. Мара и Коша. Так называется теперь этот дом. Дом, где поселилась Коша Мара.

— А что это такое вообще? Ты так назвала эту… пустодомку?

Фантазии, да. Детские, наивные фантазии.

— Коша Мара…

Она хотела сказать что-то ещё, но тут из живота её мыши-рюкзачка грянули странные звуки. Клим даже не понял сначала, что это был рингтон мобильного. Ната запустила руку в мышь, поёрзав, достала телефон и ойкнула, увидев экран.

— Рита, я не потерялась, — быстро заговорила Ната — Ну чего ты испугалась? Опять? Я недалеко, сейчас буду, про молоко и хлеб не забыла, не переживай…