Книга Нож гладиатора, страница 95 – Наталья Николаевна Александрова

На странной незнакомке был надет темный свободный плащ, который полностью скрывал собственно фигуру, то есть непонятно было, толстая она или худая, прямая как тростинка или сутулая. Непонятно было даже, молодая женщина или в летах.

Хотя, пожалуй, молодая… Анна так решила интуитивно, доказательств у нее не было. Потому что на голове у женщины был темный платок, да не просто накинутый, а плотно обтягивающий голову, такой от ветра не слезет и на плечи не упадет.

Платок полностью покрывал волосы, и еще на незнакомке были темные очки. Это в конце сентября в Петербурге, когда солнце выходит достаточно редко, а если светит, то неярко.

Вначале Анна подумала, что женщина тут оказалась случайно – мало ли на кладбище неадекватных людей толчется? Самое подходящее для них место.

Но незнакомка не уходила, даже подошла ближе и явно интересовалась происходящим. Тогда Анна сменила позицию.

Очень осторожно, мелкими шагами она обошла церковь и перебежала за ларек, где торговали иконками и искусственными цветами. Оттуда было видно, что незнакомка не собирается уходить, напротив, она внимательно наблюдает за публикой.

Точнее, не за всей публикой, а конкретно за Ольгой и старухами. То ли слишком они шумели, а скорей всего, незнакомка интересовалась именно Ольгой.

Но ведь Ольга сейчас в виде Александры… Очень интересно.

Тогда, может, эта неизвестная и есть Александра? Но отчего она так шифруется? Нужно этот вопрос разъяснить, причем как можно скорее.

Тут на ступенях церкви показался священник и поманил немногочисленную публику. Ольга успешно отбрила старушенцию с палкой, та поутихла.

Анна не собиралась идти в церковь, там уж точно все пойдет по накатанному, и ничего интересного она не увидит.

Тут она заметила, что таинственная женщина опасливо огляделась по сторонам и двинулась в глубь кладбища. Анна, переходя от надгробья к надгробью, следовала за ней.

Постепенно они углубились в старую часть кладбища, где находились могилы девятнадцатого и даже восемнадцатого века.

Незнакомка то и дело поправляла свой платок и неловко поводила плечами. Вот она миновала заброшенную могилу, на которой валялся сломанный крест, завернула за старинный склеп и оглянулась, видимо, почувствовала спиной чей-то пристальный взгляд.

Анна торопливо юркнула за чье-то надгробье.

На этой могиле, почти до конца ушедшей в землю, стоял, неловко склонившись, каменный ангел с опущенным факелом в руке.

За этого-то ангела и спряталась Анна.

Ей показалось, что ангел смотрит на нее неодобрительно, но было не до чувств каменного истукана.

— Потерпишь! – шикнула она на ангела и осторожно выглянула из-за каменного плеча.

Незнакомка стояла спиной к Анне. Она сняла темные очки, а затем и черный старушечий платок.

Анна увидела под платком у нее на затылке вместо волос странную буро-зеленую субстанцию. Она подумала, что под первым платком у странной женщины еще один платок или какой-то диковинный головной убор.

Незнакомка достала из кармана зеркальце и пачку салфеток, придирчиво оглядела свое лицо и начала его тщательно вытирать салфетками.

Нога Анны затекла, и она переступила, сменив неудобное положение.

При этом она нечаянно наступила на какую-то сухую ветку…

Ветка хрустнула.

Этот звук прозвучал в мертвой кладбищенской тишине, как выстрел.