Книга Вирус Aeon. Заражённый рассвет, страница 43 – Татьяна Кравченко

* * *

Вечер был тихим. Лаборатория погрузилась в полумрак, а кухня — редкий островок тепла и уюта среди металла и стекла. За длинным столом, под мягким светом потолочной лампы, собрались все. Мия поставила большую кастрюлю супа в центр, разлила по глубоким тарелкам.

— Осторожно, горячий, — сказала она, усаживаясь. — Тут и картошка, и чечевица, и даже кусочки консервированной курицы. Почти как дома.

Эд выдохнул, впервые за день расслабившись. Он взял ложку, понюхал аромат — и, кивнув, начал есть. София молчала, обхватив ладонями кружку с водой. Оскар сидел чуть поодаль, глядя в тарелку, но к еде не притронулся. Разговор начался сам собой. Тихо, поначалу спокойно.

— Мы всё сделали правильно, — проговорила Ливия. — Завтра утром я ещё раз проверю все образцы, пересмотрю снимки. Мы, возможно, впервые за всё это время поняли структуру вируса.

София кивнула, не отрывая взгляда от пара.

— Эти спазмы до удаления мозга… это многое объясняет. У нас появился хоть какой-то контроль.

— И хоть какая-то надежда, — добавил Эд, с усталой усмешкой. — Если мозг — его источник, значит, можно оборвать цепь.

София опустила глаза.

— Но не ценой того, что мы сделали.

— Всё имело смысл, — твёрдо сказала Ливия. — Мы не знали, как он работает. А теперь знаем. Завтра я сформулирую итоговое заключение. Мы близки к ответу.

— Итоговое заключение? — Оскар резко поднял голову. Его голос дрожал. — А что, заключение оправдает всё это? Всё, что вы сделали?

Тишина повисла над столом. Мия замерла с ложкой на полпути. Эд перестал жевать. Ливия медленно отставила свою чашку.

— Мы сделали то, что должны были, — тихо произнесла она. — Ради цели.

— Цели?! — взорвался Оскар. Он встал, стул скрипнул по полу. — Ты называешь это «целью»?! Вы похищали людей, Ливия! Ты помнишь их? Этих людей звали по именам. У них были семьи, работа. Кто-то из них просто попал не в то место, не в то время. Вы убили их всех! Превратили в подопытных. Как крыс! А теперь ты говоришь о выводах? О «цели»?!

Ливия смотрела прямо на него. Лицо её было спокойным, но в глазах читалась усталость.

— Да, — твёрдо сказала она. — Я говорю о цели. Потому что это — жизнь. Она жестока. И я такая же жестокая, как фермер, который растит телёнка с бутылочки, называет его по имени, а потом сдаёт на бойню, и даже не смотрит в глаза. Я такая же, как строитель, который сносит зелёную рощу, чтобы возвести бетонную коробку. А ты знаешь, что тысячи лекарств, которые спасают миллионы людей, были протестированы на людях? Не все из них были добровольцами. Некоторые даже не знали, что участвуют. Но теперь эти лекарства спасают жизни. Это маленькая жертва ради тысяч. И никто — слышишь, Оскар, — никто не застрахован от ошибки. И да. Мы её совершили. Я совершила!

Оскар замолчал, прижав кулаки к столу. Его дыхание было тяжёлым, плечи дрожали. София тихо опустила голову. Мия закрыла глаза, будто хотела исчезнуть.

Ливия снова заговорила, уже тише:

— Я не ищу оправданий. Я ищу выход. Если мы остановим это — возможно, кто-то будет жить. Мы уже не можем вернуть тех, кто погиб. Но можем предотвратить следующее. И потому мы должны закончить, — прошептала Ливия. — До конца. Не ради себя. Ради них. Чтобы они были не просто «экспериментами», а частью чего-то настоящего. Спасительного.