Книга Вирус Aeon. Заражённый рассвет, страница 161 – Татьяна Кравченко

— Нам нужно лекарство, — прошептала она, склонившись к нему. — Вы оба в критическом состоянии. Я пойду в город. Попробую найти больницу… аптеку… что угодно.

Эд слабо поднял руку и сжал её пальцы. Его голос был хриплым, но полным боли и тревоги:

— Ливия… это опасно.

Она посмотрела на него — в глазах пылала решимость, неуступчивая, как раскалённое железо.

— Другого выхода нет, — сказала она. — Если не попробую, вы просто не доживёте до вечера.

Она встала, подошла к стойке, где стоял автомат, проверила магазин — почти полон. Повесила на пояс нож, перекинула через плечо рюкзак. Прежде чем уйти, укрепила вход надёжно, чтобы ожившие не попали внутрь.

Один последний взгляд на Эда и Джулию — лежащих рядом, таких хрупких и уязвимых. Она глубоко вдохнула и открыла дверь. Мир за порогом был сер и тих.

Ливия стиснула зубы и шагнула в сторону города.

Город встретил Ливию тишиной. Не мирной, а гнетущей, словно весь мир затаился, наблюдая за каждым её шагом. Асфальт был местами заросшим травой, из-под плит пробивались дикие побеги. Машины, брошенные как попало — с распахнутыми дверями, разбитыми окнами. Повсюду — следы былой жизни: детский велосипед, оставленный у тротуара, плюшевый мишка, наполовину утопленный в грязи, афиши с выцветшими лицами, призывающие «Не паниковать», «Оставаться дома», «Ждать помощи».

Ливия шла быстро, но осторожно. Ветер гнал сухие листья и мелкий мусор по улицам, временами создавая иллюзию движения. Она вслушивалась в каждый звук, проверяя каждый перекрёсток, прежде чем перейти его. На плече тяжело висел автомат, нож был в руке, большой палец готов был сдвинуть предохранитель.

Достигнув городского парка, она замерла. В центре, под изогнутым фонарём, стоял массивный баннер — почти целый. Когда-то он встречал туристов: «Добро пожаловать в Пальмонт!». Яркие цвета выцвели, буквы облезли, но внизу ещё виднелась карта города — с достопримечательностями, улицами и учреждениями.

Ливия подошла ближе. Пальцем обвела выцветшие очертания кварталов, с трудом различая слова. Большая часть карты была стёрта или исписана граффити, но кое-что сохранилось. Аптека «Сильвия-Фарм» на углу 5-й улицы и Госпиталь Святого Петра, расположенный в старинном здание храма — на окраине исторического района.

Она мысленно зафиксировала оба места. До аптеки — ближе.

Путь туда занял минут пятнадцать. Ливия двигалась дворами, избегая открытых улиц, всё время осматриваясь. Один раз ей показалось, что в окне второго этажа что-то шевельнулось, но она не остановилась. Сердце колотилось. Воздух пах пылью, тлением и влажной плесенью.

Аптека находилась в небольшом кирпичном здании с закопчёнными окнами. Она распахнула дверь — колокольчик над входом не звякнул: давно сорван. Внутри — полумрак, разбитые полки, перевёрнутый прилавок, рассыпанные коробки с пустыми блистерами. Вытянутыми руками она шарила по ящикам, приподнимала коробки, заглядывала под стойку — но всё было опустошено. Ни бинта. Ни упаковки таблеток. Даже пластыря не было. Только один высохший пузырёк валялся в углу с отвалившейся этикеткой. Ливия сжала кулаки, на мгновение закрыла глаза, прижимаясь спиной к стене. Поздно. Слишком поздно… Но госпиталь всё ещё оставался. И, если повезёт, в нём могло быть то, что спасёт Эда и Джулию.