Книга Вирус Aeon. Нева, страница 97 – Татьяна Кравченко

Ева скользнула взглядом по сидящим.

— Шарлот, а Том где? – спросила она резко, без предисловий.

— Он укладывает сына спать, – ответила Шарлот, быстро проглатывая ложку. – Они в 15-й палате. Соседи ваши.

— Понятно, – Ева села рядом с Ником. — Шарлот, после ужина, с Альбертом принесите в мой кабинет матрасы и постель. Мы с Ником будем там.

— Хорошо, – кивнула Шарлот, привычно.

Ева повернулась к Балту, который мрачно ковырял ложкой в тарелке.

— Балт, ты тоже ко мне. Попроси Джину или Шарлот – они проводят, если заблудишься в этом лабиринте.

Ирония в голосе была тонкой, но ощутимой. Балт лишь хмыкнул в ответ.

Поужинали быстро, без разговоров. Ник и Ева поднялись в ее кабинет. Ник зажег еще один фонарик, поставив его на стол. Ева скинула тяжелые ботинки и повалилась на диван, закинув ноги на подлокотник.

— Все-таки, почему именно тут? – повторил Ник, садясь рядом и протягивая ей найденную на столе полупустую бутылку виски и два бокала.

Ева налила себе щедрую порцию, сделала глоток, зажмурившись от крепости.

— Я же сказала: диван, виски, тишина, – она сделала еще глоток. – А еще тут толстые стены. И дверь с замком, который я проверила лично. Если кто из наших 'гостей' решит ночью прогуляться… или если Альберт вдруг ошибся с диагнозом у кого-то из запертых… – она мотнула головой в сторону коридора, где были изоляторы, – …то тут они меня не достанут с первого удара. Даст нам время проснуться и достать стволы. — Она посмотрела на Ника. — Прагматично, да?

Они сидели в тишине, прислушиваясь к редким звукам из-за двери – шагам Шарлот и Альберта, несущих постель, далекому плачу ребенка. Виски согревал и притуплял остроту дня. Кабинет Евы, с его кожаным диваном, запахом пыли, виски и оружия, стал их хрупкой крепостью в этом мире, где горячая вода в ведре была признаком роскоши, а отдельная комната – высшей наградой за жестокую эффективность. И Ева, наконец, позволила плечам опуститься, зная, что стены вокруг – крепкие, а замок на двери – надежный. По крайней мере, до утра.

Вскоре в дверь кабинета осторожно постучали.

— Входите! – бросила Ева, не отрываясь от карты, разложенной на столе.

Вошли Джина, Сет и Балт, щурясь от тусклого света нескольких свечей, расставленных по углам. Окна были плотно зашторены тяжелыми портьерами – лишний свет мог привлечь нежелательных гостей снаружи. Ева сидела за массивным столом, Ник стоял у зашторенного окна, спиной к комнате, прислушиваясь к тишине снаружи.

Ева кивнула в сторону стоявшей на столе бутылки виски и нескольких стаканов.

— Угощайтесь, если тянет.

Сет и Балт молча покачали головами. Джина без лишних слов налила себе щедрую порцию виски и отхлебнула, устроившись на краю стола.

— Джина, – Ева не поднимала головы, – бери блокнот и ручку. Писать придется много.

Она открыла ящик стола, вытащила блокнот и шариковую ручку, швырнув их по столу. Блокнот скользнул и остановился перед Джиной. Та лениво подхватила его.

— Первое на завтра, – начала Ева, ее голос был низким, деловым. – Скажи Рите: пусть возьмет Камилу Коннор. Та библиотекарша, учет вести умеет. Пусть запишут ВСЕ наши запасы. До последней банки. — Она наконец подняла взгляд, ее глаза в свете свечей были жесткими. — Банки с консервами – не книги, но надеюсь, ее мозги не заплыли жиром. И строго по графику: готовить три раза в день. Никаких поблажек и добавок 'для своих'. Порции – чтоб не сдохнуть с голоду, а не пузо набить до отвала. Список продуктов – мне на стол к вечеру.