Книга Вирус Aeon. Нева, страница 41 – Татьяна Кравченко

Том тяжело вздохнул. Он явно не хотел верить. Но глаза у Евы были стеклянные — в них больше не было надежды.

Не теряя времени, они молча добрались до ближайшего домика — внешне цел, внутри всё на месте. Ева прошлась по комнатам, подсвечивая фонариком.

— Чисто. — Она оглянулась. — Здесь и заночуем. Пока не рассветёт, не пойду больше никуда — могу заблудиться, а у них слух и нюх как у зверей.

Они забаррикадировали вход — креслами. Окна плотно закрыли шторами, свет больше не включали. Только фонарь.

Перекусили впопыхах. Еда показалась резиновой, но насытила хоть немного.

Ева решительно встала:

— В душ. Горячая вода пока есть. Это почти как выиграть миллион.

Пар стекал с зеркал, а на секунду даже возникло ощущение, будто жизнь до катастрофы ещё рядом. Как мираж.

После душа Ева уложила Алекса, поцеловала его в макушку. Он заснул почти сразу — устал, вымотан, но теперь в безопасности.

Том устроился у входа — с автоматом на коленях. Но и он не заметил, как задремал.

Остаток ночи прошёл тихо. Как будто само место решило дать им передышку. Как будто в этих стенах осталось что-то человеческое.

Утро наступило неожиданно тихо. Свет медленно пробивался сквозь зашторенные окна. Ева проснулась первой. В комнате было душно от дыхания троих, и её что-то тревожило — будто сон не дал ей ни покоя, ни сил.

Том лежал рядом с Алексом, обняв сына, будто пытаясь защитить его даже во сне. Он прилёг только под утро и моментально уснул.

Ева осторожно поднялась, стараясь не разбудить их. Натянула куртку, затянула ремень на талии. На поясе — нож, в кобуре — пистолет.

Она вышла из домика, дверь тихо скрипнула, пропуская её в прохладное утро. Ни звука. Ни птиц, ни ветра, ни шороха.

Но земля говорила сама за себя — следы борьбы, смазанные пятна крови, как будто кто-то полз, раненый, к кустам. Сломанный фонарь валялся у дорожки.

Ева направилась к домику хозяина. Он был в самом конце базы, отдельно, с панорамными окнами и террасой.

Внутри было мрачно. Запах — затхлый, как от старых подвалов. Она осторожно открыла дверь, освещая комнату фонариком. Внутри — опрокинутая мебель, сломанный стул, разбитая бутылка у порога.

На стене — карта базы. Она подскочила, уже хотела снять её со стены…

И вдруг — звук за спиной. Шорох. Скрип.

Она развернулась.

Из тени появился силуэт — крупный мужчина в походной куртке. Лицо… искажено. Глаза мутные.

Хозяин.

Он зарычал и кинулся.

Ева отшатнулась. Он повалил стул, опрокинул стол. Она упала, пистолет выскользнул из руки. Оживший навалился сверху, пытался укусить, скрежеща зубами, с пеной на губах.

Она изо всех сил ударила ножом — один, два раза, в шею, в висок. Он всё ещё двигался.

Третий удар. Прямо в глаз. Тело затихло.

Она лежала под ним, тяжело дыша, вцепившись в рукоять ножа.

Его кровь — чёрная, густая — стекала на пол и на её куртку.

Она оттолкнула труп и медленно поднялась.

Карту она всё же сняла. Захватила бинокль со стола, взглянув на тело хозяина базы.

— Думаю ты не против, навряд-ли это тебе ещё пригодиться.

Теперь она знала — как выглядит вся база. И где мог спрятаться последний. Или… где его тело.

Ева вытерла лезвие ножа о куртку, сунула пистолет за пояс и пошла дальше.

Работа только начиналась.

Она обошла всю базу до последнего домика. Тщательно, методично, с фонариком и сжатыми пальцами на рукояти ножа. Следы борьбы были и там, и тут — сломанные ветки, пятна крови, разбитое окно в душевой, но больше ни одного тела. Ни живого, ни мёртвого.