Книга Драконья кровь и клятва врача, страница 61 – Татьяна Кравченко

В эту самую секунду Элис, услышав настойчивый, тревожный звонок у входной двери, бросила взгляд на закрытую дверь и, сжав кулаки, пошла на ресепшен.

Вайрис влетела обратно в палату, зажав Кристалл в ладони. Он отдавал едва ощутимым теплом и вибрировал, словно отзываясь на её панику. Аррион уже сидел на краю кровати, одной рукой поддерживая Каэлена, а другую ладонь положил ему на грудь, пытаясь хоть как-то сдержать ядовитый холод, расползавшийся изнутри.

— Дай сюда, — его голос был сдавленным, но твёрдым.

Вайрис протянула Кристалл. Аррион взял его, и сияние внутри камня тут же вспыхнуло ярче, отозвавшись на прикосновение сородича. Он прижал Кристалл ко лбу Каэлена, закрыл глаза, и его лицо исказилось от концентрации. Тихий, низкий гул наполнил комнату. Синий свет заструился по телу Каэлена, на мгновение оттесняя чёрные прожилки, согревая ледяную кожу. Это была не помощь — это была лишь временная передышка, крошечный глоток воздуха для тонущего.

В этот момент дверь в палату тихо приоткрылась. На пороге стояла Элис, её лицо было бледным, а глаза — круглыми от испуга.

— Вайрис, это срочно, — прошептала она, ловя её взгляд.

Вайрис, с трудом оторвавшись от зрелища, выскользнула в коридор, прикрыв за собой дверь.

— Что? Что случилось?

— Там… там пришёл… на приём. Я сказала, что мы закрыты, но он… он настаивает. Говорит, что дело неотложное.

Вайрис протёрла ладонью лицо. Весь мир рушился, а ей нужно было принимать пациентов. Но долг врача, пусть и магического, был сильнее. Она кивнула и направилась к ресепшену.

В приёмной, прислонившись к стене и тяжело дыша, стоял Лесной Дух. Вернее, то, что от него осталось. Его тело, обычно сплетённое из живых побегов, мха и упругой коры, выглядело иссохшим и ломким. Ветви, безжизненно свисали, а его маска из полированного дерева, обычно выражающая спокойствие, сейчас была искажена гримасой боли. Но самое ужасное были чёрные, влажные, пульсирующие язвы, сочившиеся тёмным соком, которые покрывали его руки и грудь. От него пахло гнилью и мёртвой землёй.

— Я знаю… вы закрыты… — просипел он, и его голос был похож на скрип умирающего дерева. — Но это… это не ждёт.

— Проходите, — без лишних слов, собрав всю свою волю, сказала Вайрис, указывая ему путь в смотровой кабинет.

Последующие два часа пролетели в тумане. Вайрис, действуя почти на автомате, очищала раны, накладывала мази из серебряной полыни и лунного камня, пыталась стабилизировать его угасающую жизненную силу. Лесной Дух, имя которого было Орех, стонал и хрипел, рассказывая обрывками фраз о том, что творится в его чащобе. О том, как тень без источника ползёт по земле, высасывая жизнь из всего живого.

Когда последняя повязка была закреплена, а боль Духа на время усыплена целебными травами, Вайрис с облегчением выдохнула. Она проводила Ореха из кабинета, бережно поддерживая его под локоть, и усадила в глубокое кресло в коридоре.

— Отдохните здесь, — тихо сказала она, и её голос прозвучал хрипло от усталости. — Если станет хуже — сразу зовите.

Чувствуя себя совершенно опустошённой, будто всю её жизненную энергию выкачали насосом, она машинально направилась к кулеру. Её движения были медленными, автоматическими. Она протянула руку за бумажным стаканчиком, нажала на кнопку, и тонкая струйка холодной воды наполнила его. Она поднесла стаканчик к губам, сделала один глоток, второй…