Книга Драконья кровь и клятва врача, страница 36 – Татьяна Кравченко

Она вложила в слова легкое внушение, что лезть туда очень хлопотно и совершенно не нужно. Дженкинс колебалось секунду, взглянула на часы, потом махнула рукой:

— Ладно, ладно. Главное, чтобы не было нарушений по текущим площадям.

Через два часа кошмара инспекторы собрались уходить. Бартон что-то строчил в своем блокноте. Дженкинс ворчала про "устаревшую вентиляцию" и "избыток дезсредств". Их вердикт был сух: "Незначительные замечания по ведению документации. Общее состояние удовлетворительное. Санобработка на высоком уровне."

Дверь закрылась за ними. Машина тронулась. В клинике воцарилась гробовая тишина. Элис медленно сползла по стене стойки регистрации на пол, спрятав лицо в коленях, ее плечи мелко дрожали – смесь истерики и дикого облегчения. Вайрис стояла посреди холла, глядя на закрытую дверь. Ее безупречная осанка наконец расслабилась. Она сняла очки и протерла переносицу. Руки были ледяными. Адреналин отступал, оставляя пустоту и глубочайшую усталость.

— Пронесло, – прошептала Элис с полу. – Ох, как пронесло...

Вайрис кивнула, не находя слов. Они выиграли эту битву. Ложь, иллюзии, дрожащие руки Элис и последние силы Вайрис – все сработало. "Клиника Чудес" устояла. Но цена была огромной – нервы, ресурсы, груз лжи. И понимание, что следующая проверка может быть не столь удачной. Она подошла к окну, глядя, как машина Совета исчезает за поворотом. Затихшее пламя в ее глазах все еще хранило отблеск ярости. Убежище было спасено. Но война за его существование только что вступила в новую, еще более опасную фазу. И сражаться в ней предстояло только им двоим.

Утро было на удивление тихим и ясным. Солнечные лучи мягко заливали идеально чистый холл «Клиники Чудес», играя на глянцевой поверхности пола, вымытого до зеркального блеска. Воздух, еще вчера густой от запаха краски и нервного напряжения, теперь пах только свежесваренным кофе, который Элис налила в две большие кружки.

Вайрис вошла в клинику с непривычно легким чувством. Тяжелый камень, давивший на плечи, наконец свалился. Инспекция позади. Они справились. Ложь сработала, иллюзии устояли, а под тонким слоем штукатурки и бюрократических уловок по-прежнему билось сердце их настоящего убежища.

Она взяла свою кружку, и ее пальцы ненадолго встретились с пальцами Элис. Никаких слов не было нужно — только легкая, почти невесомая улыбка, полная общего, выстраданного облегчения.

— Прием по расписанию? — тихо спросила Элис, и в ее голосе больше не было панических ноток, лишь привычная деловая оживленность.

— По расписанию, — кивнула Вайрис. — И дай бог, чтобы сегодня это был всего лишь артрит или растяжение.

Первый пациент дня не заставил себя ждать. Им, как и всегда, оказалась миссис Этель, ее вечная боль в спине, усугубленная вчерашним походом за грибами.

Но сегодня все было иначе. Вайрис проводила ее в кабинет, и дверь закрылась не как щит, отгораживающий тайну, а просто как дверь в докторский кабинет. Она не прислушивалась к стенам, не проверяла краем глаза, не сдвинулась ли фальш-панель. Она была просто врачом.

— Ну как, миссис Этель, опять ваши клумбы с цветами подвели? — спросила Вайрис, и в ее голосе звучало неподдельное, спокойное участие.

— Ох, доктор, знаете, такой урожай подберезовиков в этом году! Не удержалась, — с виноватым видом пожаловалась старушка.