Книга Драконья кровь и клятва врача, страница 111 – Татьяна Кравченко

И началась гонка.

Он нырнул вниз, к зеркальной глади озёр, и она — за ним, едва не касаясь перепонками крыльев воды, оставляя за собой длинный расходящийся след. Затем он резко рванул вверх, к самым облакам, и она, смеясь от нахлынувшего восторга, помчалась за ним, чувствуя, как холодный ветер бьёт в лицо и свистит в ушах.

Ей нравилось. О, как нравилось! Она не боялась. Не оглядывалась по сторонам в поисках угрозы. Не прислушивалась к звукам погони. Она была здесь. Дома. И она была свободна.

Она пикировала и взмывала, делала мертвые петли вокруг него, обгоняла, заставляя его догонять. Её смех звенел в её собственном сознании, и она была почти уверена, что он его слышит. Они неслись над спящими лесами, над тёмными водами озёр, отражающими звёзды, над дымящимися полями Игниса. Остров расстилался под ними не как место будущей битвы, а как невероятной красоты мир, который стоило защитить.

Она обогнала ветер. Обогнала собственный страх. Она летела, чувствуя каждым мускулом, каждой чешуйкой невероятную, опьяняющую радость бытия. В этот миг не было ни Тенебрис, ни долга, ни прошлого. Был только ветер, звёзды, тёмный силуэт архидракона рядом и бесконечное, освобождающее чувство полёта.

Каэлен летел рядом, и в его серебристых глазах, мелькавших, когда он поворачивал к ней голову, читалось не только удивление её мастерству, но и тихая, разделяемая радость. Радость от того, что она, наконец, расправила крылья по-настоящему. Не для побега. Не для выживания. А для себя.

Они летели дальше, и постепенно дымные, раскалённые земли Игниса сменились под ними на совершенно иной пейзаж. Воздух стал разреженным, холодным и чистым, словно хрусталь. Перед ними, буквально упираясь в самое небо, высились остроконечные пики невероятной высоты, ощетинившиеся острыми скальными иглами. Это были владения клана Небесного Копья.

Каэлен снова сбавил скорость, позволяя ей оценить вид. Это было непохоже ни на что, что она видела прежде.

Жилища драконов здесь не были построены — они были высечены в самих отвесных скалах. Огромные террасы, арочные мосты, перекинутые между острыми пиками на головокружительной высоте, скрытые от чужих глаз платформы, парящие прямо в облаках. Всё было подчинено одной идее — стремлению ввысь. Свет от заходящего солнца окрашивал белоснежные вершины и лёд в розовые и золотые тона, а длинные тени от скал тянулись через бескрайние пропасти. Воздух звенел от ветра, гулявшего в ущельях, и от далёких, чистых криков драконов, реявших у самых вершин.

Вайрис задрала голову, пытаясь разглядеть детали этих небесных чертогов. Она видела огромные входы в пещеры, украшенные резьбой, напоминающей узоры инея, и широкие площадки, на которых отдыхали несколько драконов со стальной чешуей. Их силуэты на фоне багряного неба выглядели величественно и неприступно.

— Они живут… в небесах, — прошептала она, и в её голосе звучало благоговение.

Каэлен кивнул, слегка взмахнув крыльями.

— Они ближе всех к звёздам и дальше всех от суеты. Их сила — в скорости, в ясности мысли, в холодной рассудочности. Они — глаза и когти острова.

Он сделал широкий круг вокруг одного из самых высоких пиков, и Вайрис увидела нечто потрясающее: гигантский, высеченный из цельной скалы обелиск, уходящий остриём в небо. На его отполированных гранях даже на такой высоте были вырезаны сложные письмена и созвездия.