Книга Мороз-княже. Подаренная князю холода, страница 23 – Мария Ерова

Одно омрачало нас всех без исключения – предстоящий обряд выбора невесты для Мороза-княже, что был неминуем. И чем ближе был тот день, тем больше сходила с ума и бесилась Люта, понимая, что и её дочь тоже находится под угрозой.

В какой-то мере я понимала нервозность мачехи, и всё же терпеть её побои, усилившиеся с каждым днём, становилось всё сложнее. Иногда я пыталась дать отпор, но та, будучи физически сильнее, запирала меня на пол ночи в хлеву с козами, и, если бы не Желана, я могла просидеть там, наверное, всю ночь. Было холодно и страшно, и обидно до слёз, но поделать я с этим ничего не могла. Разве что нажаловаться Ратимиру, но я пока держала язык за зубами, не желая выносить сор из избы и избегая лишних проблем. Вот если бы он был мне мужем…

Но и эти мысли я старалась упрятать как можно дальше, понимая, что или ещё не привыкла к этому парню, либо и вовсе не любила его так сильно, как, возможно, это чувство испытывала к нему Дарья. Всем он был хорош: и высок, и красив, и глаза его горели понятным огнём, когда он смотрел на меня, но… В моей собственной душе ничто не отзывалось на это внимание с его стороны, и мне, порой, было за то даже стыдно. Но, как говориться, сердцу не прикажешь, а моё отчаянно молчало, когда я думала о Ратимире. Однако Дарья дала ему слово однажды стать его законной женой, а я, по всей вероятности, должна была его сдержать. Но лучше уж выйти замуж за того, кто тебе как брат, хотя ты ему не безразлична, чем весь остаток жизни терпеть побои Люты. Почему-то мне казалось, что ждать свою истинную любовь мне не стоит: после всего случившегося вряд ли бы к Дарье, то есть ко мне, выстроилась очередь из женихов. И хотя моё нынешнее тело и лицо было выше всяких похвал в плане красоты, народ здесь был суеверный, и особой благодати ждать от него не стоило.

Так я прожила недели три, находясь словно в подвешенном состоянии, привыкая к своему новому положению и другой жизни. Но вот этот день настал – выбор новой невесты Мороза-княже, и мы, одевшись, отправились к краю леса на сходку, где сейчас собирались все наши односельчане. Не скажу, что мне было не страшно, но тот факт, что в прошлый раз это их божество отвергло Дарью, давал мне шанс не участвовать в этом балагане. Однако я переживала за сестру, а Люта и вовсе дрожала так, что было заметно. Я помнила, как и что происходило, из воспоминаний моей предшественницы, словно история повторялась в точности, как и тогда, старейшины возносили молитвы, стоя у огромного костра, а мы ждали, когда всё это закончится.

Я то и дело чувствовала на себе неприязненные взгляды. Люди ещё не забыли, кому «обязаны» повторным обрядом выбора невесты, и злились на меня, в душе, наверняка, проклиная. Но я старалась держаться с достоинством, высоко подняв голову и не отводя глаз. Мне нечего было стыдиться, ведь в прошлый раз меня здесь даже не было, хоть об этом никто и не знал.

Когда старейшина приступил непосредственно к обряду выбора, я с другими девушками приблизилась к нему, ожидая, кому на этот раз выпадет страшная учесть. Желана, белая, словно снег, едва держалась на ногах, и тогда я взяла её за руку, крепко стиснув её ладонь в своей, чтобы ей было не так страшно. Дед Никодим подносил горящую палку то к одной, то к другой, и я, словно заново переживая всё то, что довелось пережить Дарье, крепко зажмурилась, когда очередь дошла до нас с сестрицей, и не видела, что происходит.