Книга Хозяйка бродячего цирка, страница 79 – Дия Семина

Может быть, ей того и надо, а потом меня как буйную в карцер?

Незнакомка поставила стакан на тумбу, мельком взглянула на дверь, прислушиваясь, нет ли кого-то в коридоре, и снова повернулась ко мне лицом.

Боже, у неё зрачки вытянутые, как у кошки. Ужасные глаза.

Настолько ужасные, что я вдохнула и больше дышать-то и не могу.

— Выпей, и сможешь дышать. Я просчитаю от пяти до одного, и ты сделаешь то, что от тебя требуется, хорошая девочка! Настоящая принцесса и дочь своего отца.

Она не говорит, а шипит как змея, гипнотизирует, и сил сопротивляться нет.

Будь я ведьмой, то, наверное, как-то отбилась от неё.

Но я не ведьма.

Мои глаза уже закатываются, начинаю хрипеть, предчувствуя неприятную гибель.

— Ты должна умереть, и без снотворного справимся, пять, четыре, три…

В моих глазах тьма, ничего не вижу, только слышу её счёт и задыхаюсь.

Что-то хриплю, пытаюсь позвать на помощь и неожиданно получаю такую оплеуху по щеке, что заваливаюсь на подушку.

И в этот же момент начинаю хрипло дышать. С жадностью хватая воздух ртом, воистину, самое нужное даётся нам даром — воздух…

Открываю глаза и цепенею от ужаса.

Призрак того пожилого мужчины стоит перед ведьмой, это он меня ударил, надо же, какой живой.

«Санитарка» тоже его видит, и для неё эта встреча оказалась совершенно неожиданной.

Он заставил её саму выпить «лекарства». А она, не имея возможности сопротивляться, пьёт и рыдает.

Призрак дождался, когда незнакомка сделает последний глоток, и с такой силой ударил по стакану, что тот отлетел и разбился о стену, стеклянные «брызги» усыпали мою постель.

— Ненавижу! Да, это я тебя убила, старый козёл! — женщина прохрипела. Схватилась за живот и осела, а потом и завалилась набок.

Но призрак лишь улыбнулся, взглянул на меня и исчез.

Незнакомка прошла все стадии агонии у моей кровати. Я бы рада закричать, но увы, мой голос исчез. Открываю рот и тишина…

Последний вздох отравительницы, конвульсии и тишина.

Только тогда я вдруг услышала свой визг.

И что тут началось, прибежала медсестра, потом незнакомый дежурный врач, я лишь сказала, что эту женщину не знаю и она пришла меня отравить, а потом сама выпила какое-то лекарство.

Слышу себя и понимаю, как бредово выглядит это оправдание.

Учитывая моё прошлое, и номер с призраками, все решат, что я коварной магией заставила несчастную овечку выпить яд.

После короткого допроса, какой-то новенький дознаватель, пролистав официальное личное дело, приказал забрать меня в допросную. А потом и в крепость как преступницу.

Вечер я провела на типичных тюремных нарах.

Голова болит, горло болит, нога ноет так, что скулить хочется, и о моей критической ситуации никто не знает.

Допрос переносился трижды. И только поздно ночью всё тот же следователь записал мои показания, посчитав их бредовыми. Потому что я не упомянула призрака.

— Я предположу иной вариант, сударыня, вы ей что-то такое сказали, что она предпочла на ваших же глазах свести счёты с жизнью.

— Я видела эту женщину впервые.

— Вы могли не запомнить её, вы же циркачка? Я правильно понимаю, вас забрали сразу после представления с обвинениями в колдовстве?

— Ах, да. Точно, я же уже подследственная! Тогда я буду говорить с только в присутствии моего адвоката Аксёнова, и только с господином Верещагиным. На этом всё. И когда Верещагин спросит обо мне, то не забудьте упомянуть вашу предвзятость к цирковым артистам.