Книга Хозяйка бродячего цирка, страница 63 – Дия Семина

Сесиль подтвердила, что труппа у Алмазова очень сильная, но обычная, а Вася лишь кивнул.

Это истинная правда. Мой пугающий номер вообще не вписывается в цирковую среду, это шоу иного разряда, а у меня нет даже базовых знаний для характеристики того, что я делаю на манеже.

— Мы слабее Алмазовских. Это и так понятно. Он свою труппу вышколил, а до этого отбирал самых лучших. Если ты уйдёшь, или не сможешь выступать, то нам даже в финал не пробиться.

Гриша подытожил короткое обсуждение по поводу наших конкурентов, и все согласились.

Мы в маленьком шатре все вместе ужинаем, обсуждаем следующее выступление, и от меня ждут инструкция, но я лишь сказала, что не управляю процессом. Призраки приходят, и сами всё устраивают.

— Они и сейчас здесь? — прошептала Лола, и испуганно осмотрелась.

— Да, постоянно, но не лезут, что очень странно. Думала, постоянно будут требовать от меня «работу», но они сейчас спокойные. Или вы тоже ждёте кого-то? Можете позвать…

Не успела договорить, как мои собратья по манежу очень дружно замотали головами, им не хочется общаться с потусторонними силами. Позже узнаю от Федоры, что цирковой народ очень суеверный, до критической степени. Сама начала обращать внимание на их странное поведение, особенно перед выступлением, у всех есть свой какой-то ритуал.

У меня тоже он есть: нацепить на себя все атрибуты нового образа и не рассердиться на обстоятельства, не психануть. Одно радует, пока в цирке нет зрителей, меня призраки не достают.

Сначала не понимала, почему они так скромно себя ведут, даже девочка, которая меня постоянно преследует, всего пару раз показалась, но потом поняла, они ждут, когда в зоне моего внимания появится их близкий и тогда-а-а-а… Тогда меня начинают одолевать неприятным воздействием.

Видать, они мне так платят за работу, делают красивое шоу, а я им переговоры с родными.

Странно, что и того старика нет, ведь явно в кабинете адвоката Мазура был отец Адель, пришёл бы, объяснился. Я даже его мыслено пару раз вызывала, но нет.

Уж он-то точно знает, что я не его дочь, и, наверное, уже злится, что я в этой истории занимаю слишком важную позицию.

Единственное, что смогла добиться от призрачной девочки, это ответ на очень непростой для меня вопрос, опасна ли я для Гриши. Она уже поздно ночью промелькнула недалеко от моего фургона, но «услышав» меня, замерла и кратко ответила: «Неопасна!»

И пропала, словно израсходовала лимит общения на сегодня.

Перед первым выступлением я спала ужасно, а сегодня вдруг проспала до позднего утра и дальше всё как обычно: душ, завтрак с Гришей в моём фургоне, мы почему-то не сказали нашим о помолвке, кольцо все видели, но даже постеснялись спросить. А скорее всего, они меня уже боятся.

— Сегодня нога не болит. Так что можно будет начать номер с акробатических поддержек, а там, как повезёт.

— Как скажешь. Мне тебя на руках качать и поднимать только в радость.

— Вот и хорошо, но это я к тому, что нам надо бы немного потренироваться примерно за час до обеда.

Гриша улыбнулся, но очень невесело.

— Ты совершенно не волнуешься и не понимаешь, как опасно тебе выходить на манеж, а я не знаю, как тебя отговорить. Наши не поймут, Алмазов обрадуется, зато Чернов не получит повода для доноса на тебя.