Книга Хозяйка бродячего цирка, страница 22 – Дия Семина

Неприятно, что наши перегляды несекретные для «коллег». Но, даже если я пока могу сдерживать эмоции, то Гриша этого не просто не стесняется, он гордится тем, что между нами, наконец-то появилась та самая искра, о какой он так долго мечтал.

Не знаю, чем бы закончилась наши романтические гляделки, я решительно собрала инструмент и объявила, что тоже хочу купаться, и чтобы некоторые, особо впечатлительные не подглядывали, надену костюм…

— А нога? Ты же ходишь пока с костыликом, и стригла со ступеней!

— Ну я наступать-то могу, уже не так болит. Надо разбинтовать.

Меня на секунду расстроило, что, вероятно, купаться мне пока рано, так и продолжу в тазике плескаться. Но стриженый рыцарь опустился передо мной на колени, осторожно развязал повязку на ноге. Ух и гематома там, от одного вида затошнило.

— Сейчас я сам тебя искупаю, не брыкайся, вода чудесная, приятная. Уж за твой труд позволь оплатить тебе такой малостью.

Пришлось снять верхнее платье и в плотных панталончиках и майке, в каких Адель часто репетировала, отдаться на милость своего героя.

Вода и правда восхитительная. Я взяла мыло и как заправская кочевница, помыла голову в реке, позволяя Грише огромными ладонями лить мне на голову тёмную воду, как из ковшика.

Сколько в этом моционе эротики, не удивлюсь, если от перегрева рыбины всплывут кверху брюхом, вскипятим уху в реке.

— Адель, поклянись, что больше не будешь рисковать и лезть в неприятности с этим баронством.

Он вдруг не выдержал, обнял меня и заставил ощутить всю силу своей страсти.

— А с чего вдруг сейчас ты вспомнил?

— Потому что сейчас мы близки, как никогда, ты в сознании, а я без тебя больше не могу. Всё это очень опасно, ты не единственная наследница, уж они с тобой церемониться не будут. Поклянись, что забудешь это дело…

Мои брови взметнулись вверх, значит, Гриша знает гораздо больше, и они не раз уже спорили с Адель по этому поводу.

— Я постараюсь. Но мне кажется, что волноваться не о чем, я ничего не помню, и тот документ, что ты мне отдал, скорее запутал, чем приоткрыл тайны прошлого.

— Это не прошлое, а вполне себе настоящее. Думаю, что твоё падение их рук дело, даже, скорее всего, так и есть, Рыковым заплатили, они не удивились падению, но удивились, что ты выжила. Понимаешь? Я тебе скажу, твои тайны и из-за кого я сел в тюрьму.

— Скажешь?

— Да, но не сейчас, вон там слишком много любопытствующих на берегу. А пока вот что я решил, мы в столице пробудем совсем недолго, наберём труппу, там из-за конкурса много народу собралось, так что ещё номеров пять-шесть сможем обеспечить себе с новыми артистами. И двинем на юг, чтобы подольше сезон отработать, там и аренда дешевле. Вот такие у меня планы, что скажешь?

— Скажу, что ты мужчина и тебе, должно быть, виднее, как поступить. Скорее всего, ты прав и нам не стоит позориться.

— М, да! Ты точно не Адель! Или я слишком уж рьяно молился…

— Это о чём?

— Чтобы господь дал тебе разума столько же, сколько дал красоты. Вот, видишь, если усердно молиться, то…

Я не выдержала и брызнула на него водой, и тут же получила водопад на свою голову.

— Аделька! Если бы не твоя нога!

— В кусты бы утащил? Неси меня в фургон, молился он! Надо же, а я-то думаю, что со мной не так, поди ещё молился, чтобы я в тебя влюбилась без памяти? — начинаю смеяться.