Книга Семь драконов Ниларской принцессы, страница 88 – Олеся Шалюкова

Побарабанив по коленке, я крутанулась к окну и уселась на подоконнике. Пышная юбка была больше декоративной, волосы были убраны, и я даже вдела туда цветок. Видела на какой-то картине, сделала и забыла. В голове было слишком много вопросов.

Что я вообще хочу получить от текущей ситуации? Да, я ввязалась во всё это на волне эйфории и злости, пожалуй, даже обиды. Потом я всё это тащила, потому что нельзя было бросить. А теперь-то что? Что я хочу?

Знать? Любопытство можно удовлетворить и другим методом.

Организовать бескровную смену династии? Да, это и без меня сделают. Достаточно просто выдать труп истинного князя.

Если только… драконы? Та мысль мелькнула в голове и пропала, но если у меня будут все драконы, смогу ли я заставить императора Ниларской империи … отдать свой трон?

— Ваше высочество.

Этот голос я хорошо знала. Медленно, словно не веря своим ушам, я повернулась, разглядывая Красного дракона.

И вновь, вновь, вновь ощутила себя девочкой-подростком, влюбленной в него до безумия. Высокий, высокий и прекрасный. Загорелая кожа, не приятный золотисто-аристократический загар, а настоящий. Обычно обветренное лицо смягчилось, здесь драконам пришлось на некоторое время перебраться под защиту стен. Я бы не назвала по отдельности черты лица Сантайра приятными, скулы – высокие и резкие, подбородок излишне тяжеловат, нос излишне острый, щеки чуть впалые, глаза огромные, слишком огромные. И я в них тонула. Он был красным, не только по своей магии – огненной магии, в которой не ведал отката. Он был воплощением порой не то крови, не то огня, не то чего-то ещё.

Брюнет, совершенно классический брюнет, но там, где у нормальных людей был иссиня-чёрный оттенок, в роскошной короткой шевелюре Сантайра затерялись алые-алые пряди. Я знала точно, что когда он одевается в свою стихию, волосы становятся красными, не как кровь и не как огонь, не так пошло, не так ярко, это был алый цвет бесконечного торжества.

И глаза загорались алым взглядом голодного зверя.

В обычное время это были глаза цвета плода переспевшей вишни.

Он не носил красного в одежде. На его положение указывала алая оплетка на алебарде, да алая повязка на плече. Даже церемониальный алый костюм он взмахами своей верной острой подруги настрогал на лоскуточки и высыпал на голову придворному, велев не позорить.

Они все такими были – все драконы. Ни один из них не желал носить цвета своей магии, цвета своей «шкуры». Они все предпочитали немаркие и удобные тона. И только эти повязки…

Покачав головой, я взглянула на Сантайра:

— Лэр Сантайр.

Брюнет плавно опустился на одно колено, прижав кулак к груди:

— Я не поверил словам Таймгара, когда он сказал, что встретил Вас во дворце. Я решил, что он просто двинулся умом, и только укрепился в этом мнении, когда принцесса Кенингов предприняла попытку вас изобразить. Но здесь и сейчас я вижу Вас настоящую.

— Есть что-то, что отличает меня от не меня?

— Да, - согласился человек, поднимаясь, повинуясь взмаху моей ладони. – Есть то, что отличает Вас от других. То, что отличало Вас, даже когда вы были пленницей в том месте, что должно было стать Вашим домом. Простите, ваше высочество. Я не смог Вам помочь.

— Вряд ли это было в чьей-то власти. Присаживайтесь, лэр Сантайр. Думаю, Вы пришли ко мне сегодня не случайно.