Книга Ненужная жена. Хозяйка гиблой долины, страница 129 – Ирина Манаева

«Ашкай, мне нужна вся сила», - обращаюсь к фамильяру, решая во что бы то ни стало спасти незнакомца, что был с нами до конца. Склоняюсь над ним. Чувствую: рана глубока, в ней не только порча огнём, там осталась чужая сущность, кусок камня из самого сердца Готтарда, пробивший плоть. Это не просто скала - это яд, остаток его власти.

И снова ладони на ране, и поток струится под моими пальцами. Я впускаю в него часть своей силы: не жестокой тьмы, а того света, что у меня остался, смешиваю его с глубинным ревущим серым потоком Готтарда. Энергия идёт вглубь огромной раны, и грязный осколок начинает движение, стремясь выбраться наружу.

Это происходит медленно, как рождение. Камень выскальзывает из плоти с мерзким звуком, вокруг него струится дым, и я чувствую, как из тела незнакомца уходит тяжесть, как будто кто-то стянул с него цепь. Крови слишком много, и я прошу аргиллов помочь, закрывая рану глиной. Она заполняет зияющую пустоту, и рана начинает зарастать слой за слоем под действием земли и моего прикосновения.

Он дёргается, выдавая вздох, но я знаю, что это поможет. Рубцы сходятся, будто спешат. Аргиллы работают дальше, их фигуры дрожат в вальсе земли и магии, пока последняя трещина не схлопывается в гладкую кору. Сердце дракона, сначала едва угадываемое, вдруг бьётся уверенней, лёгкие лучше набирают воздух.

— Его зовут Титт, - слышу голос Кольфина, и моё тело покрывает его дублет. – Он лучший наёмник императора, посланный убить тебя.

— Ещё один, - горько усмехаюсь, поднимаясь.

— Ты только что спасла врага.

— У меня нет к нему злобы, - качаю головой, смотря на мужчину, в которого превратился дракон.

— Он делает лишь то, что приказано. Но сейчас здесь Титт по собственной воле, чтобы помочь тебе.

— Что с твоей рукой, Кольфин?

Она почернела почти до плеча.

— Это яд, от которого нет спасения, - произносит он хрипло, но я вижу, как всё же пытается улыбнуться, будто этим хочет утешить меня.

— Нет, этого не может быть, - выдыхаю испуганно.

— Иртен уже погиб, коснувшись лезвия, меня держат только артефакты, которые дал Титт. И я благодарен богам, что сил хватило, чтобы увидеть, как всё закончится, и ты станешь свободной.

Его ноги подламываются, и он устало садится на землю.

— Кольфин, - снова оказываюсь рядом, а его рука ложится на мою щёку.

— Послушай. Ты должна вернуться в Гоствуд, а оттуда отправишься прямиком во дворец вместе с Титтом. Как только император узнает, что ты сделала, он освободит тебя.

— Нет! Мне не нужен этот мир, если в нём не будет тебя! – моя душа стонет, а где-то в недрах ворчит чёрная река.

— Другого пути нет, любимая, - молит меня Торн, но я трясу головой, хватая его предплечье руками.

— Ты сделала слишком много, не трать силы на то, что не стоит того.

— Замолчи, - слёзы текут по моим щекам, а в груди испуг. – Тебя ждёт Глейна, ты не можешь нарушить данный ей обет.

Говорю сквозь слёзы и боль.

— Она не моя невеста, всё кончено. Я отказался от своих обязательств ради тебя… Титт, - обращается к соратнику, - ты должен дать клятву, что позаботишься об Эйлин.

— Клянусь, генерал. Это достойная женщина, которой я обязан жизнью.

Мои ладони, привычные к свету и теплу, ничего не чувствуют. Сила уходит вглубь, рассыпается, словно натыкается на невидимую стену. Я слышу только его дыхание: тяжёлое, рваное. Я тяну энергию, соединяя землю и воздух, свет и глину, но яд не поддаётся. Он растекается, как живая тьма, из чёрной раны, пробираясь всё выше, к плечу.