Книга Призрачная кровь, страница 46 – Елена Шатилова

В одном домике была приоткрыта дверь. И как только я к ней подошла, оттуда с рычанием вылетел один из моих вчерашних лохматых пациентов и не просто так, в зубах была здоровенная крыса. Я только ойкнуть успела, а он прошмыгнул под юбкой и учесал.

Крысы. А так ли там интересно?

Всё же приоткрыла дверь. Относительно светло, два маленьких окошка пропускали достаточно много света. На стенах висели грабли, лопаты, в углу стопка вёдер. И что я хотела здесь увидеть? Ладно, удовлетворила любопытство и хватит.

Всё-таки вернулась на лавочку, надо было пробежать хоть по паре параграфов нудной теории.

Как ни странно, я даже зачиталась. Материал усваивать не надо было, почти всё знакомо, поэтому мозг расслабился, и я умудрилась просидеть в саду до самого ужина.

Семейство оттаяло. За ужином велись привычные разговоры не о чём, словно ничего и не произошло. Ага, быстро у них совесть в спячку впала. Хотя нет, Сергей явно чувствовал вину и как-то грустно смотрел на меня.

Не стала оставаться на обычные вечерние посиделки в гостиной, поднялась к себе. Проходя мимо комнаты Полины, услышала тихое пение, заглянула туда.

Нина, слегка покачивая кроватку, напевала колыбельную. Увидев меня, замолчала.

— Продолжай, — тихо сказала я и подошла к сестре.

Девочка лежала с открытыми глазами и казалась, ловила ими отблески от свечи, которая горела рядом с кроватью, несмотря на то, что ещё был только вечер.

— Может тебе ночник поставить? — предложила я.

— Нет, барыня. Пробовали уже. Полина любит свет именно от свечи.

С девочкой было всё так сложно, что я не знала, с чего начать нормальное лечение. В болезнях я плохо разбиралась. Целителя проходила буквально по верхам. С моей силой достаточно было запустить готовую структуру, а она сама всё делала. Сейчас же я не могла поставить точный диагноз, а информацию негде получить. Хотя, если даже и скажут, что он мне даст?

Значит, будем плясать от повреждения мозга. По сути, я и так точечно не смогу работать. Мозг такой орган, что его нельзя лечить поэтапно, если только это не опухоль.

— Нина.

— Слушаю, барыня.

— Может, ты слышала, что за болезнь у Полины, — была надежда, что внимательная девушка приметила детали в разговорах.

— Да, барыня. Говорили, что это последствие инфекций. И… образования какие-то.

— Спасибо, — поблагодарила. Ничего нового не узнала, я и так догадалась, что, находясь в утробе рядом с трупом, ничего полезного не получишь.

Значит, для начала, буду искать эти образования.

Я положила руку на лоб девочки. Нина направилась к двери. Остановив её, я потребовала продолжить пение.

— А почему ты шепчешь постоянно?

— По-другому никак, барыня. Полина на резкие звуки сильно кричит, Иннокентий Петрович говорит, что ей больно становится.

Значит, проблема ещё и со слухом. Что делать? Разгребать, конечно!

Под пение служанки малышка вела себя очень смирно. Прогрев немного голову, я стала нащупывать проблемные зоны. Чувствовала себя слепым котёнком. С таким нестабильным, рассеянным потоком, я видела только общую картину. Но, наконец-то найдя первое образование, жутко обрадовалась.

Я не спешила его устранять, задача была изучить: плотность, текстуру, взаимодействие с потоком. Мой мозг, и заодно ключ, получая нужную информацию, обучался. Поняв, с чем имею дело, я легко смогу найти другие образования и не только у Полины. В этом и состоит дар целителя, если, конечно, уметь им пользоваться. Поэтому нужна постоянная практика. Как здесь работают другие, ума не приложу, но сомневаюсь, что они знают и половину того, что знаю я целитель-недоучка и по совместительству Магистр — Созидатель. Стыдно, Агнесса, ой как стыдно!