Книга Призрачная кровь 2, страница 25 – Елена Шатилова

Так что к этому времени я должна отрастить такие зубы, чтобы они покрывались холодным потом, просто увидев меня. Я хмыкнула, что могло показаться странным со стороны, ведь я рассуждала сама с собой, идя к гостинице.

А вот Соне будет намного сложней. В случае поступления ей придётся отстаивать своё право находиться здесь, не только перед однокурсниками, но и перед преподавателями.

И я никак не смогу ей помочь. Екатерина Савельевна настоятельно просила не идти на контакт с бывшей компаньонкой. У преподавателей, к моей знакомой могут начаться придирки. Да и мне не стоит тесно общаться с простолюдинкой.

«А как же равенство?» — спросила тогда я, не скрывая сарказма.

«Позвольте, Софье его не доказывать», — ответила Екатерина.

«Почему вы так радеете за неё?» — не удержалась и всё же задала этот вопрос.

«В самом начале пути, один человек, — в глазах преподавательницы промелькнула теплота, — в меня поверил. Сейчас я хочу отдать долг. Соня очень похоже на меня, я словно себя вижу, в прошлом. И она достойна добиться высот, с её талантом это будет несложно».

Гостиница сильно отличалась от жилых корпусов: никаких тебе балконов и отделки, просто кирпичные стены с рядами окон, хорошо хоть довольно больших. Я даже получила приступ ностальгии, так это было похоже на привычное студенческое общежитие.

По центру здания единственный вход. Простая двухстворчатая дверь была открыта.

Парень, который меня сопровождал, зашёл туда, поставил чемоданы и слегка поклонившись, удалился.

Я оказалась в большом светлом фойе, где находилось несколько таких же растерянных девушек. Но страх был у нас разной природы, я думала о своих больших чемоданах. Как я их буду тащить без помощи? Но когда увидела крепкую женщину, которая, схватив похожий багаж, устремилась к лестнице, расслабилась.

К ключнице образовалась очередь, и я уже слышала возмущение от одной из барышень. Она раскудахталась как базарная баба, совсем не взвешивая слова.

Ой, зря она так. Здесь, где нет слуг, а только обслуживающий персонал, никто не будет пресмыкаться перед тобой. Там, где твой титул ничего не стоит, впечатление легко испортить, а вот восстановить будет сложно. Потому что очень много преподавателей вышли из простого народа у них сформировался особый комплекс, который никогда не пройдёт.

А сейчас за нами ещё и следили. Женщина под пятьдесят, в строгом костюме, стояла в стороне, ни во что не вмешивалась, просто наблюдала.

Возможно, это дежурный преподаватель или воспитатель. Хотя может быть всё проще и существует определённая должность — надсмотрщик. Но от этого не легче. Она здесь не просто так: всё видит, слышит и доложит куда надо.

Я тоже наблюдала, у меня были свои причины, надо было вычислить потенциальную угрозу или, наоборот, лояльных личностей. Да, сейчас это отчасти мартышкин труд, так как здесь собрались абитуриенты на разные факультеты. Да и не все поступят, ведь школьный аттестат не имеет значения. Учитывается только нужная сумма за обучение на депозитном счёте и рекомендательное письмо. У меня оно было в двух экземплярах: от Екатерины Савельевны и от Рокотова.

Скользя взглядом между присутствующими, я заметила очень интересную барышню, она так же, как и я переводила взгляд от девушки, к девушке. Наши взгляды встретились, я слегка кивнула. Она не растерялась, ответила, в глазах мелькнула ехидинка.