Книга Призрачная кровь 6, страница 63 – Елена Шатилова

— Спокойной ночи, мальчик мой, — проворковала себе под нос и закрыла глаза.

Утром меня опять посетили мысли о той огромной твари. Что, если мне реально нужно её убить, и надзиратель полигона не отстанет от меня, пока я этого не сделаю? И самое страшное, что я не смогу противиться и, возможно, мне опять придётся умереть или вообще не раз умирать. Здесь я реальная пешка на огромной шахматной доске, в принципе, как и в этом мире. Иду себе по игровому полю, нет, пру напролом, обхожу все комбинации. Но сдаётся мне, что ходы отчасти мои, кто-то меня направляет. И что меня ждёт в конце, только Богу известно.

Что за мысли у меня в голове? Постоянно пробивает на фатальные рассуждения.

Надо прекратить думать о глобальном, а жить здесь и сейчас. Что я в данный момент и собираюсь делать. Меня ждёт Рокотов и Ахмет. Мастер составил вводную лекцию для студентов и, как мы договорились, принёс мне на одобрение.

Мужчины ждали меня в кабинете ректора, расположившись в креслах, и, видно, беседовали. Когда я вошла, встали со своих мест, чтобы поприветствовать меня. Всё-таки жаль, что в прошлом моём мире утратили манеры и мужчины перестали открыто проявлять уважение женщинам и тем более таким малолетним, как я.

— Доброе утро, Анастасия Павловна, — поприветствовал меня Юрий Андреевич и указал на свободное кресло у стола.

Ничего не нужно было пояснять, поэтому, когда я села, сразу открыла папку с записями.

Текст был набран на машинке, удивилась, неужели он с собой приволок? Хотя я об этом направлении развития мира ничего не знаю, может, здесь существуют портативные маленькие машинки. Неважно пока, — перешла к делу.

Читая текст, я не сразу поняла, что мне конкретно не нравится. Вроде лекция, но тема вызвала диссонанс в голове. И когда я вновь вернулась в самое начало, до меня дошло. Ахмет в лучших традициях своей прошлой жизни устроил пропаганду чужой идеологии, да ещё и с эзотерическим контекстом. У меня в голове это совсем не ассоциировалась с Тибетом.

Я взяла ручку из подставки и перечеркнула текст.

— Никакой чужой идеологии, никакой чужой культуры и тем более эзотерики. Только боевая подготовка магов, — я перелистнула и перечеркнула следующий лист.

— Но позвольте! Это очень важно! — возмутился мастер. — Без вводной в идеологию, как вы выразились, я не смогу донести главное!

— Главное, здесь определяю я! — сказала очень твёрдо. Мы в России, уважаемый Ахмед ибн-Хасан аль-Касими, и я приемлю только нашу культуру. Вы сами здесь выросли и должны понимать, в чём разница.

Мастер перевёл взгляд на Рокотова, тот сидел со спокойным лицом, но я видела фамильную хитринку в глазах, он знал, что примерно так и будет. Судя по взгляду, Ахмед не смирился и скорей всего захочет меня продавить. Надо высказать Сотникову претензии, прислал сюда какого-то сектанта.

— И прошу запомнить. Если вы осмелитесь идти против меня, то я закрою школу, на каком бы этапе развития она ни находилась. Это мой проект, и работать будет по моим правилам. Надеюсь, вы усвоили? — до прямых угроз я пока не собиралась доходить, но, если что случится, вылетит отсюда с волчьим билетом.

— Да, — ответил мастер. Даже его хвалёная выдержка дала сбой, он был в бешенстве, судя по взгляду.

— Можете идти. Даю вам три дня на подготовку теории, если не будет готово, начинаем сразу практики, — я ещё та стерва, но, в глазах Юрия Андреевича, я видела восхищение. Представила такой же взгляд на лице Миши и чуть не улыбнулась.