Книга Заступница, страница 64 – Владарг Дельсат

Котёнка видим только мы со Стасом, а мамочка и папочка почему-то нет, хотя могут её погладить. То есть чувствуют, но не видят. Мамочка говорит, что нам к Яге нужно, потому что такие существа необычны. Я понимаю это и сама, но она мне такая родная, такая близкая, что я просто слов не нахожу, чтобы это объяснить.

— Спутница? — вслух раздумывает мамочка. — Но тогда это Баюново семя… Или нет?

— А что такое Спутница? — интересуюсь я.

О мире сказок я знаю очень мало и признаю это. Мамочка улыбается и начинает свой рассказ. Он звучит напевно, как будто она поёт, я даже невольно заслушиваюсь. Оказывается, в Тридевятом бывает так, что у ведуньи появляется колдовское животное, самое известное из которых — кот Баюн. Но он чёрный, а я описываю снежно-белого котёнка с совершенно необыкновенными глазами.

Каждый такой Спутник особенный, но вот о таком, чтобы видели только мы, мамочка ещё не слышала, поэтому нам действительно к Яге надо. Плескаться в море больше не получится — я физически не могу расстаться с котёнком, да и любимый меня в этом поддерживает, поэтому мы весь день возимся с малышкой. А она смотрит на меня с такой любовью, ну совсем как человек. И обращаюсь я с ней так же, как с человеком.

— Не знаю, как тебя зовут, но буду называть… — я задумываюсь, и тут имя приходит ко мне само, будто всплывая из подсознания. — Ладой. Будешь Ладой, маленькая? — спрашиваю я её.

— Миу, — сообщает мне котёнок, а я понимаю: это согласие.

— Ладушка моя, — прижимаю её к себе, и чудится мне, она что-то сказать хочет, но не может почему-то…

— Мамочка, поехали к Яге, — прошу я маму, на что она переглядывается с папой, кивнув затем.

Мне отчего-то кажется, что с Ладушкой связана какая-то тайна, а ещё — что без меня она может погибнуть, поэтому держу её в руках и стараюсь закрыть от всего, что может ей угрожать. Маленький котёнок всё время рядом со мной, и я не хочу ничего с этим делать. Может быть, её вылизывать надо? Но я не умею… Так что надо к Яге! Очень надо!

Карета едет, кажется, совсем медленно, просто невозможно медленно, а я чувствую стремительно утекающее время. С чем это связано, не понимаю, но вот чудится мне… А ещё Ладушка будто слабее стала — она лежит в моих руках совсем не шевелясь, только смотрит. Меня просто отчаяние от невозможности помочь затапливает! Как будто она умирает, а я сижу и ничего не делаю.

— Ну поскорее, пожалуйста! — я уже молю практически, не понимая, что со мной происходит.

Тут папа вынимает какой-то оберег, решительно сжимая его в руке. Карета резко останавливается, а он берёт меня за руку, выводя из неё. Я же почти плачу уже, желая, кажется, силами собственной души напитать свою Ладушку. Рядом и Стас, он обнимает меня, стараясь поддержать, но тоже напряжён, я чувствую. Что происходит? Почему я так реагирую?

Шагнув из кареты, немного рассерженная оттого, что мы остановились, я внезапно оказываюсь во дворце. Местность вокруг мне знакома, ведь мы были здесь совсем недавно. Папа зовёт кого-то, говоря, что нам очень срочно нужна Яга, просто очень-очень, а я вдруг начинаю плакать. Я зацеловываю этот комочек меха, из которого почему-то стремительно уходит жизнь, и горько плачу.

— Стоп! Что здесь происходит⁈ — слышу я голос Яги, но подняться уже не в силах, меня просто придавливает слабостью.