Книга По снегу босиком вместе, страница 64 – Нани Кроноцкая

— И что вы оттуда наковыряли, смелые вы мои? — Ладон ими искренне любовался. И Люся, снова возникшая на входе в столовую, пусть напряженно еще, но краешком губ улыбалась.

— А! Потом сам увидишь. Она все отправила в твой сундучок. Да дело не в этом, Лад! Ты не представляешь…

Дракон поперхнулся. Он решительно начинал опасаться способностей этой блондинки. В сокровищницу дракона отправить преступные артефакты? С самого края Земли, через Сумеречные шторма, в защищенную всеми возможными силами этого мира сокровищницу древнейшего из драконов?

Лицо его вытянулось, Венди притихла.

— Короче, эта… величайшая из Инквизиторов тихо придумала ловлю преступников на живца. На себя, чтобы ты понимал. Как тебе супер идея?

Ладон уже ничему не удивлялся.

— И как? — Люся подала снова голос, присаживаясь на край стола рядом.

— Я, кстати, готова, сиятельные. Марусю одела уже и заплела. Она спит опять, сами разбудите?

— А никак. Я медленно очень все делала. И даже громко. Мы все изъяли и описали. Я точно знаю — за нами следили. Это чувствовалось. И… не рискнули. — в голосе Ди прозвучала обида. Как конфету отняли у девочки: не дали сразиться с могущественными противниками и даже драконами. Ужас. Обидели.

— Ну и зачем ты им? Крышки обратно закроют, жертв наколотят опять и накуют себе ножиков новых. Смысл им высовываться? Мы не тот куш. — Лер произнес это все и они оба пристально посмотрели на шефа. Красноречиво.

— У меня еще пять минут, — Люся задумчиво заглянула в пустую кофейную чашку. — Но знаете, сьерр Ладонис… Идея Андрюши мне нравится как-то все больше. На дракона в пещере у алтаря, да рядом с их этим заводиком, противники точно бы клюнули. А два дракона — точно лучше единственного и неповторимого. Вы бы подумали. И выразительно посмотрела на Ди.

Та вздохнула, забрав руку из лап Гуло, все еще ее молча нюхавшего, слезла со стула и прихрамывая пошла чертить очередной переход на двоих. НА троих даже: стоявший в центре гостиной Канин-младший был настроен решительно и охранял сон Маруси. И не отступит ведь, знала Ди Канинскую породу.

Борьба за жизнь.

Всегда и везде, в любых декорациях, вне пространства и времени, с разными действующими лицами, она драматична и зрелищна. Для стороннего наблюдателя. Главным участникам этого действа обычно не до оценок пассивных наблюдателей, а уж тем более, — просто зевак.

На подмостках военного госпиталя разворачивалась трагическая мизансцена: примадонна близка была к жесту отчаяния, все актеры растеряны. Смерть о себе заявила, упорно гася мерцающие движения на мониторе аппарата искусственного дыхания.

Все достижения человеческой хирургии тут оказались бессильны. Лишь магия опытных лекарей, древняя, отточенная тысячелетиями до остроты филигранной иглы, держала упрямого Линкса у Грани. Они не отпускали его. Из самых последних своих сил и стремительно истощавшихся у обоих возможностей.

— Папа? — сонная девочка освободилась из дружеских рук юного ведуна и замерла, не в силах и слова сказать.

— Маруся? — Марго оглянулась, и Люся, легонько толкнувшая обоих детей к окончательному выходу из портала, громко вздохнула.

Великолепная Маргарита выглядела ужасающе. Огромные синяки под глазами, зияющая худоба. Ей нельзя больше здесь находиться, Люся чувствовала это явно и остро И секунду спустя уже поняла, — почему.