Книга По снегу босиком вместе, страница 56 – Нани Кроноцкая

В дверях большой операционной, с опаской проводя взглядом воинственную санитарку, он все же проделал привычную процедуру. Для пущей надежности.

Благо, подобной мелочью никого из присутствующих здесь уже было не удивить.

А лица вокруг операционного стола все явились до боли знакомые. Тут был и верный соратник Маргариты Виссарион Аркадьич Агатов, о чем-то сейчас с ней весьма напряженно беседующий, и кузен Ильи Ульян Корвус, тоже хирург, (из известных и очень востребованных). Личный недруг к тому же, они с самого раннего детства не любили друг друга.

На столе же лежал Валентин, и оживленная очень дискуссия между присутствующими здесь врачами явно разворачивалась в прямой связи с этим.

— Физической угрозы для жизни я не вижу! Маргарита Викторовна, он морф! Оборотень, к тому же, из рода живучих кошачьих. Надо привести его в чувство и дать обернуться. Операцию можно даже и не начинать. — гном горячился, размахивая короткими, толстенькими ручками и топорща бороденку под плотными пологом маски. — Мы теряем тут все с ним время! И ваше и мое и Ульяна Аристарховича!

Маргарита задумчиво смотрела на данные с реанимационного монитора пациента и молчала в ответ.

Упомянутый Ульян Аристархович взглянул на вошедшего, удивился, о чем сообщил ему вздернутой бровью, и не смолчал:

— Значительная потеря крови, глубокое, слепое ранение левого легкого, повреждение сегментарного бронха, массивное поступление воздуха. Повреждения сосудов грудной стенки, рассечение ребер. Хороший был ножичек, остренький. Самостоятельно не войдет в оборот, надо реанимировать.

Вызвав острый звуковой диссонанс хрипло каркающим голосом, (типичной чертой всего клана Корвусов), Ульян прочел выписку из анамнеза и лишь только руками развел.

А ехидный Илюша подумал: конечно, читать все умеют, и крыльями хлопать горазды. А вот предложить что толковое, не каждый способен, не каждый. Уля не из таких.

— Ну, а что скажет наш боевой инквизитор? — женский голос, удивительно низкий и мягкий, лег прохладной повязкой на возмущенный слух Корвуса.

«Контральто», — подумал тоскливо. — «Пора мне в цивилизацию, тянет на оперу и балет. Одичал я от всех этих расследований окончательно. Черти что в голове.» Пауза неприлично затягивалась. Илья сделал задумчивый вид и подошел ближе к Линксу, краем глаза посматривая в монитор. Данные там отражались паршивые.

— Мне позволено энергетическое сканирование? — на всякий случай спросил, отдавая дань праву хирурга, — главного действующего лица в этой операционной принимать здесь такие решения.

— Попробуй тебе не позволить. — двоюродный братец тихонечко проворчал. — Инквизиторов развелось, маму вашу.

— Делайте, что хотите. — Маргарита устало махнула рукой. Для оборотня такого уровня, как Валентин, ранение несерьезное. А мы наблюдаем уже третью подряд клиническую смерть за последние сорок минут. Что творит он, скажите на милость?

Она задавала вопрос этот именно инквизитору Корвусу. Смотрела пристально на него, и в ее темных глазах Илья вдруг увидел надежду. Странная женщина. Ей, наверное, просто казалось, что все они, рядовые участники «боевого десанта», члены группы оперативного реагирования Инквизиции, — часть единого целого, имя которому: могущественный и древний Ладон.

Пришлось постараться ее не разочаровывать. Кто знает, быть может косатка права? Илья, чуть помедлив, шагнул плавно в Сумерки, точно и филигранно отмерив отрезок вхождения в подпространство. Эта малая мера не погружала вошедшего в другую реальность с головой, но изменяла уровень его чувственности, делая восприятие многомерным.