Книга По снегу босиком вместе, страница 33 – Нани Кроноцкая

— Привет ей можешь не передавать. Боюсь, не обрадуется. Если нужна будет моя помощь, зови. Я на место.

Клавдий минуту помолчал, словно раздумывая над ответом, и выдал:

— Люся с вороном, кстати, уже работают на происшествии. А старшие наши ребятки на связь пока не выходили. Причем, Валентина в дом губернатора порталом могла отправить только Ди, — и после секундного, выразительного очень молчания, похожего на театральную паузу, внятно добавил: — ты только не вздумай спасать их лететь, Ладон, понял?

Заботливый папочка Кла. Дракон понимал его: за одиннадцать тысяч километров отсюда любимая женщина вот-вот родит, младшая дочь отбилась от рук совершенно, а его самого, многие годы спокойно сидевшего в кресле начальственного аналитика, волей вершителей судеб выкинуло в этот бурлящий камчатский котел.

Для оперативной работы нужна еще и привычка. Это как спорт: ушел из большого и все, никаких больше рекордов. Безумный темп жизни их группы разрушал Клавдия. Да, бессмертного, но врастающего в размеренную и сытую столичную жизнь, как прибрежный камень врастает в песок.

— Есть, так точно, сиятельный Клавдий. Разрешите лететь?

Тяжкий вздох, и титан отключился. Что скажешь тут? Допрыгались они все и добегались.

Люся с Ильей действительно уже были на месте. Сосредоточенные и очень серьезные. Девушка бросила быстрый взгляд на Ладона, выходившего на нее из стены, оглянулась на Корвуса, обменявшись весьма выразительными с ним взглядами и поманила дракона на выход. Молча.

Надо бы их включать уже в ментальный круг группы, подумалось запоздало. Неудобно словами уже разговаривать, а ребятки сработались. И… во всех отношениях, право жа. В руках Люси, вышедшей на крыльцо оказалась… записка.

На маленьком обрывке бумаги химическим карандашом было выведено рукой Клавдия одно только слово: «Имморталис». Дракон чуть не сел прямо на ступеньки. К слову сказать, во всем этом мире только у Клавдия был такой дар: распознавать бессмертных прижизненно. Значит…

— Людмила, где тело? — спросил громко и уверенно, даже слишком.

— В морге, конечно. Похороны послезавтра, сейчас решается вопрос об… официальной версии произошедшего, как я понимаю.

— Рассказывай. Оружие, кстати, нашли? Угу. Мог бы и не спрашивать. А Ольга чем ранена?

А ничем она ранена не была, даже ушибленных травм на ней не нашли. Скорее всего вылетела из реала, став свидетелем убийства. В Коме, в краевой больнице, охрану к ней выставили. Бросалось в глаза снова обилие крови. Как и тогда. Ладон помнил отлично тот день, и тот самый меч, которым был ранен в самых первых шагов по Камчатке. Как времени много минуло уже с тех самых пор. Как многое измениться успело… И Марго. Такое чувство, что жизнь разделилась на две половины: до встречи с ней и то, что случилось с ними обоими после.

Кровь, смерть, пусть и… весьма относительная, если Вурус действительно был бессмертен, как утверждает начальственный Клавдий, и раненый Линкс. С последним дела обстояли неважно. Мало ему бедолаге было ребенка, ушедшего в Сумерки, так еще теперь это.

— Надеюсь, никому из Дозорных не пришло в голову предъявить обвинение Линксу? Сложно тут устоять…

— И предъявили бы, — за спиной их появился Илья, вытиравший тщательно руки влажной салфеткой. — Да у обоих травмы все со спины. У Вуруса пробита печень, легкое, даже почка задета. Рубанули наотмашь чем-то тяжелым и острым. У Валентина сломаны сзади ребра, лопатка спасла. Ну и легкое тоже… Без Маргариты его точно не вытащат. Жалко будет, толковый мужик. Да и Маруся… Да уж, спинами они вряд ли сражались. Роскошная выходила картина.