Книга Морской эмир, страница 32 – Сильвия Лайм

Руки проникли в колдовские искрящиеся волосы, я притянула к себе эмира и поцеловала.

Голова кружилась, казалось, сердце вот-вот выломает грудь, а я сама вспыхну и сгорю, если горячие руки морского повелителя не сомкнутся за моей спиной и не вдавят в собственное тело. Если я не почувствую, как его язык входит в меня, соединяясь, соблазняя, сводя с ума и ломая все барьеры.

И я не сгорела, потому что все так и произошло.

Тиррес покрывал мое лицо поцелуями, долго и исступленно ласкал, вылизывая и ловя мое дыхание губами, пока меня не начало трясти изнутри от совсем других желаний. Гораздо более неприличных.

Но в этот момент эмир резко распахнул руки и почти оттолкнул меня, выплывая из цветка на два метра назад.

Он тяжело дышал, обычно светлая кожа лица стала темнее, его щеки пылали, глаза сверкали так ярко, что вокруг, казалось, потемнело.

— Ты должна все обдумать и сама принять решение, о том… что произойдет между нами, — отрывисто и низко проговорил он. Почти через силу. Мощные мышцы на его руках были напряжены, кисти сжаты. — А принимать решения под воздействием магии не стоит.

Я чуть не застонала от разочарования. И от желания поблагодарить его, потому что он был прав.

А ещё — от резкого контраста между эмиром и Красным дожем. Потому что уж Сициан-то не делал разницы между реальной страстью и наведенной. Его устраивали обе.

Я глубоко втянула воду и выдохнула. Пульс понемногу приходил в норму.

— Сейчас мне нужно заняться делами, — недовольно скривившись, проговорил Тирр. — А тебе — потестировать свои возросшие способности. Поэтому… я тебя оставлю. Хотя поверь, мне этого совсем не хочется.

Под ребрами сжало и полоснуло острым.

— Вот тебе проводник. — Тиррес наклонился к песку, легко раскидал его ногами и выудил оттуда какую-то плоскую рыбину типа палтуса.

Та посопротивлялась немного, попытавшись уплыть, а потом смирилась и замерла.

Эмир взглянул ей в глаза, дунул ей в распахнутый рот и улыбнулся. Рыба выпустила пару пузырьков воздуха и повернулась ко мне.

— Попытайся найти с ней общий язык, — улыбнулся он. — И самостоятельно доберись до дворца.

— Ты что, собрался меня бросить?! — ахнула я, впадая в состояние священного ужаса.

В тот же миг Тирр подплыл ко мне так быстро, что вокруг поднялись холодные течения, увлекая за собой цветы и травы. Все вокруг закачалось и затрепетало.

А эмир заключил меня в объятия крепко-крепко и прошептал на ухо:

— Я не брошу. Но ты должна учиться. И сможешь выполнить это быстро, только если окажешься в состоянии резкой необходимости.

От его объятий я опять чуть не отключилась от происходящего, но все же, хвала кувшинкам с анемонами, сознание меня покинуло не до конца. Я все ещё соображала. И что-то внутри хотело стукнуть эмира, да посильнее.

— Не бойся, я в тебя верю, — шепнул он и обхватил мое ухо губами.

Ох…

Перед глазами потемнело.

Но Тиррес тут же вновь отпустил меня, оказавшись на приличном расстоянии.

— Я верю, — улыбнулся он, почти развернувшись, чтобы уплыть от меня к чертовой бабушке.

— Эй, подожди! — воскликнула я, невероятным усилием воли напрягаясь и приводя себя в адекватное состояние. Ногти вонзились в кожу ладони, щеку себе я как пить дать прокусила.

Тиррес приподнял бровь.

Я выставила вперёд руку, на которой исчез колдовской знак.