Книга Единые души, страница 34 – Владарг Дельсат

— В то, что мы коминтерновские или в то, что детей спасти надо? — уточнила Марья.

— Второе, — лаконично заметил её напарник. — Но я ему сделал сюрприз.

— А какой? — поинтересовалась девочка, с интересом заглядывая ему в глаза.

— Теперь он нам верит так же, как своим детям, — усмехнулся Ваня. — Вот и узнаем, насколько он готов вообще доверять.

Марья захихикала, оценив красоту решения и юмор ситуации. Если комиссар готов жертвовать своими детьми, это будет сразу же понятно, а вот если нет, то у него получается логический тупик, потому что природу своего отношения к ним двоим этот взрослый объяснить не сможет даже самому себе. Пожалуй, более красивого решения она себе представить не могла.

Отравить их не пытались, но и особых шевелений заметно не было. Решившие подождать сведений со стороны напарники внимательно оглядывались по сторонам, когда Ваня увидел ещё одну взрослую мужскую особь. Выглядевший как не-враг, мужчина тем не менее распространял вокруг себя мысленные миазмы страха и злости, что сильно заинтересовало Ваню, скользнувшего по поверхностным образам. В следующее мгновение звереющий прямо на глазах агр сорвался с места, Марья лишь на мгновение задержалась.

— Поднять руки! — приказал мальчик, наводя оружие. — Признавайся, если хочешь жить.

— Эй… ты что… — враг испугался, даже не помышляя о борьбе.

— Малец, ты что? — удивился кто-то. — Это ж Пахом!

— Говори правду, — произнесла Марья, фиксируя окружение, — иначе смерть!

— Я не виноват! — закричало существо со странным именем «Пахом». — Меня заставили!

— Не поня-ял, — протянул удивлявшийся. — Ты что, гнида⁈

Вокруг моментально стало шумно, а мрачно усмехнувшийся Ваня накладывал чары правды на врага. На самом деле, это не были чары правды, здесь не работавшие, просто, когда тело собиралось соврать, ему становилось очень больно. Действительно запредельно больно, что быстро учило, по мнению мальчика, правдивости.

Врага немного побили, а потом увели, судя по всему, допрашивать с последующим уничтожением. А вот комиссар подошёл к успокоившимся напарникам с одним-единственным вопросом.

— Он смотрел на Марью как враг, — ответил Ваня. — Друг так смотреть не будет, а враг чувствует свою смерть.

— Серьёзно вы настроены, как я погляжу… — вздохнул комиссар. — Ну, пойдём…

Виктора Ваня, разумеется, почувствовал заранее, ещё только входя в нору, успев при этом сделать знак Марье. Немного удивившись знаку «делай, как я», девочка, тем не менее, едва заметно кивнула. Её напарник отлично видел в поверхностных мыслях комиссара, зачем пригласили Виктора, но не понимал смысла этого действия. Понятие «контрразведки» у киан отсутствовало, именно поэтому роль Виктора для Вани была непонятна, но, понаблюдав за партизанами, он решил немного исказить знакомство с оказавшимся им обоим врагом взрослым.

— Ого! — будто только сейчас увидев Виктора, максимально достоверно удивился Иван. — Товарищ Ерёмин! Какими судьбами?

Напарники почти синхронно двинулись к удивлённо смотревшему на них энкаведешнику, явно желая обнять его. Насколько мог судить мальчик, их радость была, с точки зрения комиссара, искренней, то есть сыграли они хорошо, а вот недоумение Виктора заставило присутствовавших напрячься.

— Вы знаете его? — поинтересовался у Вани комиссар.