Онлайн книга «Маленькая хозяйка большого дракона»
|
В небе над их головами разворачивался венец. Тот самый, чье мизерное подобие они видели в круге рода тогда, над головой умирающей Дары. Теперь он был огромен, полыхал, как полярное сияние, алмазным светом, льдистым пламенем. Венец опускался на головы новобрачных, окружая их сверкающим кругом. И вот уже он отделил троих: величайшего из шаманов и двоих влюбленных. Ни слова не было сказано, не произнесено лишнего звука. Только магический звук ритуала и пламя венца. Небо вдруг отразило происходившее в круге, и все, затаив дыхание, ясно увидели, как влюбленные написали таинственные знаки на груди друг у друга. Те вспыхнули вдруг белым пламенем и исчезли. Засияли немыслимым счастьем глаза древнейшего из драконов, а Марго усмехнулась украдкой. Заискрилась магическим светом причудливая вязь на запястьях обоих, оседая плетением брачных знаков на коже. Венец рода становился плотнее, сжимаясь вокруг, будто обруч, полыхая тонкими молниями, переливаясь зарницами. Последние звуки музыки, все убыстряющиеся, молодожены обмениваются кольцами, испарившимися вдруг из рук их детей, завороженно наблюдавших за действом. Бубен, зазвучавший теперь как гонг, возвестил о конце и… о начале. Удар, второй, третий… в ритме сердца. Сияющий круг вдруг сжался резко, словно подталкивая молодых друг к другу. Муж, жена и их поцелуй. И тишина… Ощутимая, словно вечность. Легкое фырканье за спиной заставило вздрогнуть замершего Гвидона. — Поцелуя в программе древних не было, между прочим. Импровизация. Дядюшка Лер был неисправим. Сколько себя Даня помнил, великий оборотень-росомаха на все смотрел с неистребимым сарказмом. Но ирония помогла, все как будто встряхнулись расслабившись. Дед Оркин даже мечтательно улыбнулся, похлопав дядюшку по плечу. И тут произошла еще одна неожиданность, всех потрясшая. Вместо того чтобы идти чинно к гостям, принимать поздравления, слова явного облегчения и подарки, непутевейшие новобрачные что-то сказали шаману, тот в ответ поклонился и сплел их руки. Шаг, другой, и… пара ринулась в пропасть, прямо со скалистого берега навстречу байкальскому льду, в марте еще очень твердому. Куда? Из этих великих двоих только Ладон был драконом. И, словно в ответ на безмолвный вопрос, от самого основания острова взлетели… двое. Два ослепительно-белых дракона расправили крылья над вечным Байкалом. Он и она. Ритуал связал воду и небо. Дашка замерла, широко раскрытыми глазами глядя на чудо. — Эх… — сказала она с сожалением. — Жалко, Дань, что у нас с тобой такого вот не было! — Да… хотя, знаешь, видимо, нас всех тянет на свадебные прыжки со скалы. Тут они оба вспомнили первую брачную ночь, маленький пляж у скалы и сгоревшую рыбу — и нежно друг другу улыбнулись. Тоже неплохо. Тихо всхлипнула зачем-то Элька, с тоскою глядя вслед родителям, а прагматичная Дашка цокнула языком и неодобрительно покачала головой. — Наконец-то твой отец сделал это, да? Узаконил отношения. Почему он так долго тянул? Столько лет… — Отец? — Элис посмотрела на Дашку с насмешливым изумлением. — Ха! Это мама не соглашалась. Весь иной мир делал ставки. Самая несмешная шутка нашего с Даней детства: «Ваша мама все-таки и не согласилась?» — Как? Это ведь… ну… дети же, — вытаращила глаза Дарьяна. — А люди что говорили? Разве бывает так, как же можно? |