Книга Развод. Я (не)твой подарок, дракон!, страница 25 – Юлианна Винсент

— Ну, я же не виноват, что вчера нас накормили божественной кашей, — включился в разговор тот самый блондин. — И сегодня мой желудок рассчитывал на повторение.

Мы все дружно рассмеялись и я сказала:

— Рик, милый, тогда чего мы тут стоим? — изобразила неподдельное недовольство я. — Скорее веди гостей завтракать. Марта уже все накрыла.

Я очень надеялась, что им понравится наша каша и тогда не придется выдумывать никаких новых изысков. Хвала всем богам, что мои надежды оправдались, потому что времени придумывать, где брать продукты для королевского стола — у меня не было.

Рикард в этот день был… невыносимо идеален. Он галантно подавал мне руку, поправлял на моем плече несуществующую соринку, внимательно слушал мои реплики и поддакивал с таким видом, будто мы уже сорок лет прожили в полном согласии.

Временами я ловила себя на том, что сама почти поверила в эту игру — так убедительно он изображал заботливого, немного влюбленного мужа. Если бы не его взгляд, холодный и четкий, как прицел, когда никто не видел.

Я в свою очередь тоже отрабатывала свою роль на все сто. Создавала атмосферу. Легко и непринужденно болтала о пустяках, ловко переводила острые вопросы в шутку, заражала всех своим — отчасти искренним, отчасти отчаянным — весельем. Не забывая при этом делать слегка болезненное лицо.

Когда король Герард, прищурившись, спросил за обедом:

— И все же, Рикард, что побудило вас, после стольких лет прохлады, вдруг так горячо возжелать мира с Вальдхеймом?

Я мягко вступила, положив руку на рукав “мужа”.

— Ваше величество, такие серьезные темы требуют ясной головы и сосредоточенности, — сказала я, сияя самой обворожительной улыбкой. — Сегодня — день знакомства, добрых слов и хорошего вина. О делах мы обязательно поговорим. Но не сегодня. Сегодня — только радость от встречи.

Король посмотрел на меня с нескрываемым интересом, потом на Рикарда, и рассмеялся.

— Что ж, не стану нарушать волю хозяйки. Вы совершенно правы, леди Галия.

День прошел в смехе, легких беседах и взаимных изучениях под маской радушия. К вечеру я чувствовала себя выжатой, как лимон, но с гордостью констатировала — сценарий был сыгран безупречно.

Уставшие, мы все разошлись по покоям. Рикард проводил меня до дверей нашей общей спальни.

— Мне нужно совершить вечерний обход и принять отчет от начальника стражи, — сказал он тихо, его пальцы слегка коснулись моей руки. — Располагайся. Через час я вернусь.

Он вышел, оставив меня наедине с комнатой, в которой и началась моя вторая жизнь. Но как человек не склонный к сентиментальным страданиям, я решила воспользоваться часом уединения по полной и отправилась принимать ванну.

С наслаждением погрузившись в огромную медную купель, я медленно смывала с себя налипшую за день липкую маску гостеприимства. Горячая вода и пахнущая лавандой пена — вот где была настоящая магия.

Впервые за все время пребывания в этом мире, почувствовав себя настоящей женщиной, я облачилась в абсолютно безвкусную (неудивительно, что Галия была такой угрюмой, я бы в таком белье умерла от уныния) ночную сорочку, которую предварительно нашла в шкафу, и подошла к кровати.

И тут нога во что-то уперлась. Что-то твердое, задвинутое глубоко под резное ложе. Сердце почему-то екнуло.