Книга Наследник для его темнейшества, страница 24 – Карен Смит

Я буду издеваться над ним, как над самым ярым грешником. Я забрал его душу и поместил в бессмертный слепок его тела. Он не может умереть без моего ведома. Он будет страдать так долго, как я посчитаю нужным.

Его железная клетка стоит рядом с костяной решёткой, за которой прячется тьма. Я нашёл ей собеседника, которого она с радостью сожрёт на завтрак, как поступала с тысячами душ до этого. Пусть глупец видит, что его ждёт. Пусть боится каждую секунду.

Салазар вёл ко мне Ларсена, присматривая, чтобы тот не надумал бежать. Хотя бежать здесь некуда, а надзирателей достаточно, чтобы вернуть мою игрушку в доли секунд.

— Кто ты? Почему меня здесь держат? Я не раб, — начал с претензии глупец, а я лишь растянулся в улыбке.

— Не раб, говоришь... — прошептал и выпустил магию немного порезвиться. Обвив шею крепко, она зашла прямо в глотку Ларсена и распределилась внутри, покрывая натруженные руки чёрными венами. — Оп! Оп! — командую я и хлопаю в ладоши, а глупец начинает танцевать, совсем не контролируя своё тело. Обожаю такие забавы.

— Смотри, как танцует, оп-оп, — усмехаюсь над неестественными движениями тела. Салазар уже привык к моему юмору за долгие годы и лишь кивает, скрывая улыбку. Его таким не проймёшь.

— А теперь лети как птица, — подсказываю пленнику, и он начинает отчаянно махать руками и подпрыгивать на месте.

— Господин, перестаньте издеваться над бедным мальчиком, — просит Салазар, хватаясь за живот от смеха.

— Но ему же надо размяться, выйдя из клетки, — хохочу я, смотря, как наглец, посмевший глазеть на мою... на Титрэю. На мою Титрэю. Да. Пусть поймёт, что совершил ошибку. Опускаю пленника на колени в смиренной позе перед своим троном.

— Теперь ты понимаешь, кто ты? Ты больше, чем раб, ты ничто, — ставлю на место глупца. Сверкнув на меня глазами, парень пытается освободиться от моей магии, но это невозможно. Его жалкие попытки выглядят как подрагивание на кончиках пальцев и ничего больше. Я поднял его жестом руки под потолок высокого свода и сбросил вниз, забирая свою тьму обратно. Пара секунд полёта и громкий шмяк о каменный пол.

— Хозяин, это не гуманно, — надул щёки Салазар, подходя к застывшему в неестественной позе телу. Умереть он не может. И даже закричать сейчас он не в силах.

— Не читай мне нотаций, ты сам недавно так шлёпнулся, — хохочу я, разваливаясь на троне.

— И почему я до сих пор вам служу... — ворчит слуга, взяв Ларсена за руку и таща его в клетку. Не очухавшийся ещё парень смешно бился лбом о каменный пол. То есть вот это у нас гуманно? Ладно, всё равно скоро придёт в себя.

В приподнятом настроении я поднялся со своего места и спустился вниз.

«Лучше пытки может быть только две пытки», — с этой мыслью я расправил крылья и облетел свои владения, пугая всех до инфаркта. Прекрасно смотреть, как грешные души свариваются внутри. Замечательно, когда самые страшные существа на свете подпрыгивают на месте от страха.

— Напоминаю, вы все мертвы, аха-ха-ха, — рассмеялся я так громко, что даже у бестелесных пошла кровь из ушей. Замечательный день.

Ближе к вечеру, когда я проверил работу своих слуг и выслушал плаксивую историю очередной заблудшей души — наступил вечер. Воры, убийцы или лгуны часто оправдывают себя чем-то, рассказывают свою жизнь как драматический спектакль, винят судьбу и всех вокруг, кроме себя, в том, что случилось.